Книга Глухое правосудие. Книга 1. Доказать вину, страница 67 – Анна Орехова

— Ну я пошла. До свидания!

— Пока!

Дверь за Альбиной захлопнулась, спустя секунду щелкнул чайник. Юля высыпала капучино в кружку, залила кипятком, сделала радио погромче и направилась к компьютеру, подпевая:

— «Марина-Марина, ты любишь ли малину?

Ты будешь ли малину? Давай пойдем в кино!

Но свой красивый носик наморщила Марина:

„Я не люблю малину. Неси лучше вино!“»

Она как раз делала первый глоток, когда сзади раздалось:

— Юля Степанна, как хорошо, что ты еще здесь!

Обжигающий капучино чудом остался в кружке. Юля резко развернулась.

— Подставкин, твою мать! Какого хрена так подкрадываться?

— Прости сердечно, не думал, что ты из пугливых. – Подставкин прошел в кабинет, выдвинул кресло, на котором совсем недавно сидела Альбина, плюхнулся в него и развернулся к Юле. – Будь другом, проверь для меня кое-что.

От него разило коньяком. Юля уже сто раз говорила Шрамко, чтобы уволила этого алкаша к чертовой матери. Однако главврач настаивала: «Нужно дождаться окончания процесса». Ей с юристами, конечно, виднее, но пока больница судилась с родителями погибшего парня, всем вокруг приходилось терпеть хирурга-неудачника, который этого парня и угробил. Хорошо хоть пациентов Подставкин видел только на расстоянии. После того случая главврач перевела его на бумажную работу.

— Иди домой! Проспись как следует.

— Да какой домой? – Подставкин откинулся на спинку кресла и едва не упал. – Ой, мать моя, гравитация. Ты че, Светку не знаешь? Она если увидит меня в таком состоянии, либо прибьет сковородкой, либо во сне задушит. Говорит, развод хочу. Стерва!

Юля мысленно порадовалась за Светлану. Молодец, что решилась заговорить о разводе. Лучше жить одной в пустой квартире, чем терпеть такое ничтожество, как Подставкин. Да и не будет Света одна, у нее есть Катюша, а Подставкин пусть с мамой живет, говорят, та такая мегера, что мало не покажется.

— Юль Степановна, ну будь другом, – не отставал Подставкин. – Проверь кое-что, и я уйду. Чесслово!

Обещание уйти звучало очень заманчиво.

— Что именно проверить?

Подставкин победоносно отбарабанил ладонями по столу, подкатился на стуле почти вплотную к Юле.

— Лысенко, Громова и Власенко. Работают у нас такие?

Юля отстранилась, чтобы не задохнуться от невыносимого запаха.

— Про Власенко ты вроде как сам должен знать. Или с перепоя забыл фамилию Сергея и Альбины?

Подставкин заржал, будто она отмочила самую уморительную из всех возможных шуток.

— Не, про Серого и Альбинку я помню. Но мне нужна… – он достал из кармана телефон, поводил пальцем по экрану, – Власенко Ксения. А еще Алла Громова и Максим Лысенко. О! Смотри-ка, тезка! Я и не заметил.

Юля открыла базу данных и вбила в поиск фамилии.

— Работают. Все трое.

— Где и кем?

— Санитарами, у вас в хирургическом.

— Так и знал! – Он стукнул ладонью по бедру, после чего швырнул на стол телефон, тот чудом не разбился. – Смотри!

Стараясь не вдыхать носом, Юля придвинулась ближе. На экране было фото выложенных в ряд банковских карт.

— Ну и?

— Что «и»? Знаешь, где я эти карты нашел? У Серого в машине!

Фамилии на картах были те самые, что просил проверить Подставкин: Алла Громова, Максим Лысенко и Ксения Власенко. Юля сразу сообразила, что дело плохо: двадцать лет бухгалтерского стажа помогали улавливать малейшие признаки мошенничества. Нужно было побыстрее спровадить Подставкина и обсудить ситуацию с главврачом.