Книга Глухое правосудие. Книга 1. Доказать вину, страница 31 – Анна Орехова

— Поэтому лучший вариант, – добавила Семашко, шаря рукой в пакете, – отдать телефон адвокату, так надежнее. Адвоката никто не может обыскать. Но опера тоже не идиоты, поверь, они делают все, чтобы во время обыска не пустить нас в квартиру. В этом случае нужно продемонстрировать следователю, что телефон выключен, и убрать его в карман. Тогда есть шанс, что не заберут. Хотя – Семен Анатольевич не даст соврать – всякое бывает.

Папа развел руками.

— Бывает. Но на то мы и нужны, чтобы оспаривать такие моменты. Главное – пароль от телефона никому не говорить.

— Ваша правда. – Семашко заглянула в пакет и, рассматривая его содержимое, продолжила: – Причем циферки надежнее всяких отпечатков и FaceID, иначе поднесут телефон к морде и привет. А пароль еще подобрать нужно.

Она встала, бесцеремонно вытряхнула содержимое пакета в кресло и окинула внимательным взглядом кипу ручек, документов, смятых чеков и фантиков от конфет.

— Вот он! – Черный смартфон отыскался под толстым синим блокнотом. Семашко положила его на стол. – Ну, рассказывайте, Семен Анатольевич. Что вы планируете там найти?

Папа довольно улыбнулся.

— Если я все правильно рассчитал, здесь, – он постучал пальцем по экрану, – хранится алиби моего пациента. Так что еще поглядим, в чью пользу окажется счет после очной ставки.

Раз в пару лет мощный ливень погружает Краснодар в хаос: бесконечные пробки, затопленные улицы, в некоторых районах вонь и грязь из-за несправляющейся системы канализации, вода в подвалах, а порой и на первых этажах. Выходить из дома – крайняя степень идиотизма, даже если не утопишь машину, то туфли точно убьешь.

После такой стихии интернет пестрит видеороликами: людей эвакуируют из трамваев на лодках; машины сносит волной от проезжающего (или, скорее, проплывающего) мимо самосвала; пострадавшие предприниматели спасают кафе и магазины, вычерпывая воду и заделывая бреши. Рады только любители развлечься – рассекают по лужам на водных мотоциклах, достают надувные матрасы и круги. Семен Анатольевич однажды стал свидетелем того, как парочка болванов в самом центре города плавала наперегонки в грязной воде. Люди порой удивляют своей беспечностью! Страшно представить, сколько в такой воде заразы.

Делая крюк по параллельной улице, чтобы обойти очередную лужу, больше похожую на грязно-коричневое озеро, он размышлял о том, что ливень неспроста разыгрался в тот момент, когда в телефоне Власенко отыскались все необходимые файлы. Природа то ли радовалась редкой возможности разбить дело еще до суда, то ли предостерегала: «Не обольщайся! Чудес не бывает!» За тридцать лет адвокатской практики Семен Анатольевич научился улавливать знаки, однако с трактовкой пока было туговато.

Неумолимая статистика настаивала: суд неизбежен. Опыт поддакивал: невозможно, чтобы пациента взяли в оборот, а потом отпустили. Но надежда, будь она неладна, не успокаивалась: что, если дело Власенко попало в разряд исключений?

Семен Анатольевич покачал головой, мысленно споря сам с собой. Поведение Голиченко наглядно демонстрировало: исключений не будет. Вон Семашко привела врача, который подтвердил, что в вечер убийства Альбина была на приеме. И что это дало? Голиченко подкорректировал версию, и вуаля – Альбина по-прежнему главная подозреваемая.