Книга Дознание Ады Флинт, страница 103 – Тесса Морис-Судзуки

За целую неделю синьора ничего не съела и выпила лишь пару глотков воды. Лежала на постели, словно труп, не хотела разговаривать. Я все перепробовала. Соблазняла ее любимыми вкусностями. Молилась у изголовья. Умоляла ее жить дальше. «Ради чего, Бриди? – спросила она. – Ради чего? Что у меня осталось?» И тогда мне вспомнилась история, которую рассказала одна торговка с рыбного рынка за пару месяцев до этого. Муж с женой не могли иметь ребенка, поэтому купили его у нищенки, у которой детей было больше, чем она могла прокормить. «Милосердный Господь дал вам жизнь не без причины, – сказала я синьоре. – Нельзя от нее отказываться. Пусть Господь и забрал вашу дочку к себе в рай, но на земле осталось много детей, о которых некому заботиться. Я знаю такое дитя, которому меньше месяца, и мать-нищенка не может прокормить еще один рот. А у вас большой дом и опустевшие объятия, жаждущие заключить в них ребенка. Жестокая судьба отняла у вас малышку Фредерику, но, быть может, это станет счастливой судьбой для другого ребенка».

Отец Амвросий, с любопытством слушавший запутанный рассказ, вздрагивает от внезапного раската грома. Дождь шуршит по крыше часовни. Священнику приходится наклонить ухо ближе к окошку, чтобы не пропустить следующие слова Бриди О’Салливан.

– Здесь и начинается история про мой грех, – продолжает она, – ведь я не знала такого ребенка. Но была уверена, что в огромном городе отыщутся бедные младенцы, которым нужна мать, и искренне верила, что мне удастся найти такого и принести хозяйке. Я была в отчаянии, понимаете? Отчаянно хотела снова увидеть улыбку на ее красивом и печальном лице. И как только я сказала синьоре те слова, что-то поменялось в ее сердце. Не сразу, через несколько дней. Она попила немного супа и даже встала с постели и подошла к окну полюбоваться садом. Дней через пять после того разговора она сказала мне: «Бриди, помнишь, ты рассказывала про младенца, чья мать не может о нем позаботиться? Можешь принести мне ту девочку? Хочу увидеть ее личико». Разумеется, я не могла ей отказать. И подумала, что найду для синьоры младенца, чего бы мне это ни стоило, и снова увижу улыбку у нее на лице, когда она станет заботиться о малышке.

Бриди замолкает ненадолго, прислушиваясь к барабанящим каплям усилившегося дождя. Отец Амвросий запоздало вспоминает, что в саду сушатся льняные скатерти для алтаря. Их стоило занести внутрь до того, как начался ливень.

– Я сказала синьоре, что младенец живет в городе и мне надо будет поехать за девочкой в Лондон. Сказала, что проведу пару ночей у своей кузины, что живет возле Блэкфрайерс. Синьора была так благодарна, что дала мне десять фунтов за хлопоты. Честно говоря, мне не хотелось ее покидать ни на минуту: она стала такой худой, бледной и печальной. Но все же теперь дело пошло на поправку, и я решила рискнуть. И только сев на лодку до Уэппинга, я поняла, что́ натворила. Мне предстояло превратить в реальность сочиненную в отчаянии байку. Но где найти настолько бедную мать, что она по доброй воле отдаст ребенка незнакомке, пусть даже за деньги? Приехав в Лондон, я сразу отправилась на поиски и бродила по улицам. Прошла много миль, видела множество детских лиц: умытых и чумазых, пухлых и здоровых, бледных и больных. Видела и младенцев. Но я не собиралась красть ребенка. Я искала женщину, которая сама согласится отдать дитя.