Книга Под вересковыми небесами, страница 51 – Ольга Владимировна Маркович

После того случая в библиотеке мы с Роззи провстречались все лето. Жарились на солнце у озера, гоняли в Монпелье и смотрели кино под открытым небом у Билла. Отличное было лето. Про Линн я даже не вспоминал.

А потом, когда новый учебный год был в самом разгаре, кажется, в октябре, Роззи завела одну тему:

– Хочу записаться на драму. Ты заметил, что, как мистер Потчепе пришел в «Эйвери Холл», театр наш стал местом притяжения? Стал чем-то настоящим. Профессиональным, что ли.

Она сидела у будуара и поправляла льняные волосы. Чесала их мягкой расческой и глядела в зеркало, за края рамы которого была заткнута уйма каких-то фоток, наклеек и открыток. Я валялся на ее девчачьей кроватке. Еле помещался там, как Кен в тесной коробке. Руки по швам.

– Запишись, конечно, – подбодрил ее я и стал ковырять уголок плакат на стене над кроватью Роззи.

Меня страшно раздражал этот Джордан Найт из New Kids on the Block.

– Он совсем на меня не похож, тебе нравятся такие парни, да, Роззи? – Я присел в позу, в которой тот был на фотке. С кистью, едва касающейся подбородка, взгляд исподлобья. – Ну что, похож, а? – Я так и эдак дублировал поп-идола. Оглядывался на плакат, сверяясь с ним, и снова отыгрывал пародию. Роззи заливисто хохотала. Я любил ее смех.

Потом она замолчала и робко добавила:

– Ты не понял, я с тобой хочу.

Роззи глядела на меня жалостливо-требовательным взглядом, как делает любая уличная кошка, если вздумаешь есть хот-дог в непосредственной близости от нее.

– Зачем со мной? – не понял я.

– Мне нравится, когда мы все делаем вместе, – ответила она.

Но я чувствовал, что причина в чем-то другом. Может, ей было страшно одной туда идти. Ведь до появления модного «конферансье» с Бродвея, мистера Потчепе, наш драмкружок был скорее сборищем неформалов. Положа руку на сердце, не был он таким местом, которое могут посещать будущие король и королева выпускного бала.

– Ну не знаю, – пожал плечами я.

– Ты очень артистичный, Дэймон Уайт.

– Я только с тобой дурачусь. Я не веду себя так с парнями на лакроссе и вообще нигде больше.

– Вот именно! А надо бы. Ты ведь талантлив, – заключила Роззи со странной грустью. – Глядишь, и через пару лет у юных школьниц над кроватью будут висеть плакаты с твоим лицом.

– Если для тебя это так важно, я с тобой пойду, – согласился я. – Только не потому, что хочу висеть у девочек в комнате. – Я хмыкнул. – Просто ради тебя схожу.

А у самого как-то зашевелилось внутри. Я знал, что Палмеры всей семьей ходят к Потчепе и что Линн у них там прима. Одно дело улыбаться с ней друг другу, столкнувшись в коридоре, другое – посещать общие занятия. Но скорее меня это приятно взбудоражило, чем напугало.

Розамунд встала с пуфика, на котором сидела, и, плавно подойдя ко мне, сказала:

– Детка, я счастлива, что ты согласен. А тебе, за то, что ты такой покладистый звереныш… – На этих словах я игриво зарычал и, закинув ногу за ухо, стал делать вид, что чешусь, точно дворовый пес. Она расхохоталась и продолжила: – Раз ты такой покладистый и немного блохастый звереныш… – Я схватил ее и притянул к себе. А она вырывалась и хохотала, пытаясь закончить начатую фразу: – Раз ты такой покладистый звереныш, тебе полагается приз.

На последних словах, совсем выдохшаяся из-за щекотки, наконец освободившись от моих нападок, она улеглась в струнку на кроватке рядом со мной и уставилась в потолок.