Книга Под вересковыми небесами, страница 27 – Ольга Владимировна Маркович

Мы выскользнули из комнаты и очутились в темном коридоре. Длинный и широкий, он казался необитаемым. По темным стенам, полу и потолку гуляли сквозняки. Это было ясно из-за холодка, что пробежал по предплечьям и икрам ног.

Мы шли тихо, но в самом конце коридора, когда мы уже почти дошли до двери, Карин вздрогнула и схватила меня за руку. В освещенном проеме, там, откуда мы проделали свой путь от комнаты Салли, с лестницы появился мужской силуэт. Черт лица его видно не было, но от пяток к голове у меня пробежали мурашки.

– Почему вы не в своих комнатах? – Мужчина двигался в нашу сторону.

– Мы помогали Салли уснуть, – ответила Карин.

Силуэт двигался к нам и нес что-то в обеих руках перед собой. От страха я не могла пошевелиться.

Он подошел ближе. Почти вплотную, и уставился на нас. Глаза у него были бледно-фиалковые, но это не казалось красивым. И все то, что должно было считаться привлекательным, в нем отталкивало. Лицо его вытесали из могильного камня. Мне хотелось, чтобы Карин еще больше прижалась ко мне.

«Отче наш, сущий на небесах», – пробежало у меня в уме.

– Я принес вам горячего шоколада, – сказал он, и ум мой сразу успокоился. В голову пришла утешительная мысль про вкусный напиток, но сердце продолжало бешено стучать.

И тут Карин, такая смелая всезнайка Карин, заплакала у меня за плечом.

– Я не хочу горячего шоколада, не хочу. После него мне снятся плохие, очень страшные сны, – простонала она, и мурашки вновь кинулись врассыпную по моему телу.

Шри-Ланка, 2019 год

Сави Сенанаяке

Руки у него были крупные, в разы крупнее, чем у ланкийских мужчин. Широкие ладони с не очень длинными пальцами, с заметными порами на тыльных сторонах, из которых торчали светлые волоски. Ох уж эта рыжеватая ирландская растительность и бледность кожных покровов.

Мне от этих рук было не оторваться. Он нервничал, я это понимала по тому, как он комкал салфетку, вытянув ее перед собой. Комкал и не глядел мне в глаза. Я решила – это хороший знак.

Знаю, не слишком профессионально идти на свидание с коллегой. Но тут есть смягчающее обстоятельство: он один в чужой стране. Ничего тут не знает. Я обещала ему все показать, ввести в курс дела. И да, это лукавство. Я хотела его. Хотела Курта МакКелли. А что думал он, не знаю. Приезжий доктор явно со мной флиртовал, но я не владела его вниманием целиком. Будто чуть-чуть, самую малость, он был не здесь.

Мы сидели в кафе индийской кухни. Запахи специй летали в воздухе. К клеенке на столе, хоть и чистой, липли подушечки пальцев. МакКелли непрестанно чихал и крутил салфетку. Зачем я его притащила именно сюда? Если из-за выбора места потеряю позиции, будет неприятно.

– Курт, если тебе тут не нравится, давай уйдем! – сказала я.

– Пчхи, – издал он писклявый звук, как девчонка, смешно, коротко. – Нет-нет, мне все нравится, люблю остренькое. – Он снова приготовился чихать, раскрыл было рот, но зажмурился, переборол желание. Вытер набежавшие слезы и улыбнулся. – Надо привыкать к обилию пряностей и экзотике!

Улыбка у него была прекрасная. Чудесный прикус. И пахло от него беспрецедентной свежестью, как всегда пахнет от иностранцев.

Я облизнула нижнюю губу. Захотелось понюхать его шею, нежную, как мраморная говядина. Там, у самого краешка воротничка, – чтобы почувствовать настоящий запах, а не отдушки от кондиционера или парфюма.