Онлайн книга «Проклятие фараона»
|
И снова мой верный зонтик сослужил мне добрую службу. Обрушивая его на спины толпящихся людей, я проложила себе путь к лестнице. Навстречу мне с корзиной поднимался один из работников. Я приветливо с ним поздоровалась. Он что-то пробормотал и отвел взгляд. Ко мне вернулись прежние страхи. Но до истерического припадка дело не дошло, поскольку я услышала столь желанный для меня звук – это Эмерсон разразился отборным арабским ругательством. Как ни странно, ответом ему был тихий девичий смех. Прищурившись, я разглядела в полумраке мисс Мэри – она примостилась на табурете у основания лестницы. Положение наверняка было не слишком удобным, так как ей пришлось прижаться к стене, чтобы оставить проход для рабочих с корзинами. Тем не менее вид у нее был вполне жизнерадостный; она поприветствовала меня застенчивой улыбкой и тихонько сказала: – Профессор, похоже, не догадывается, что я весьма неплохо владею арабским. Прошу вас, не говорите ему – пускай он свободно выражает свои чувства. Я не сомневалась, что пребывание в тесном и жарком помещении было приятнее ее обычного утреннего времяпрепровождения: все, что не имело отношение к ее матери, доставляло ей радость. Однако в данных обстоятельствах я находила такую веселость несколько фривольной и собиралась было мягко пожурить девушку, как вдруг ее милое личико посерьезнело, и она продолжила: – Мне очень жаль, что вам пришлось пережить такое тяжкое испытание сегодня утром. Я узнала обо всем, когда приехала, но уверяю вас, миссис Эмерсон: если вам потребуется помощь, вы можете на меня положиться. Слова девушки убедили меня, что я не ошиблась в ее характере. Напуская на себя веселость, она всего лишь пыталась сохранить бодрость духа при любых обстоятельствах, как и подобает англичанке. – Зовите меня Амелией, – сказала я ласково. – Надеюсь, мы с вами вместе хорошо поработаем. Не успела она ответить, как ворвался Эмерсон и велел мне приниматься за работу. Я отвела его в сторону. – Эмерсон, – тихо сказала я, – надо что-то предпринять, чтобы покончить с шумихой вокруг проклятия, а не делать вид, будто ничего не происходит. Нам это совсем не на руку – каждое новое происшествие будут приписывать недовольству сверхъестественных сил, если только… – Господь всемогущий, Амелия, обойдемся без пространных речей, – отрезал Эмерсон. – Я понимаю, к чему ты клонишь; если у тебя имеются конкретные предложения, то продолжай. – Я как раз собиралась перейти к делу, когда ты меня прервал, – с жаром ответила я. – Наши люди обеспокоены вчерашним происшествием. Освободи их от раскопок на денек-другой и отправь на поиски Армадейла. Если нам удастся найти его и доказать, что он виновен… – И где, черт побери, прикажешь его искать? Его искали неделями – все без толку. – Но мы знаем, что по крайней мере двенадцать часов назад он был, можно сказать, у нас под носом! Это его видел Хасан, а не призрака! Армадейл, должно быть, вернулся ночью и убил его, чтобы избежать разоблачения. Или Хасан пытался его шантажировать… – Боже праведный, Амелия, да усмири свое буйное воображение! Признаю, твое предположение не лишено здравого смысла. Я, разумеется, и сам не исключал… – Да ты об этом даже не думал! – с негодованием сказала я. – Вечно присваиваешь себе мои… – Стану я присваивать себе всякие нелепые… |