Книга Проклятие фараона, страница 108 – Барбара Мертц

Готовая к подвоху, я не отрывала взгляда от потрепанного халата Али Хасана, поэтому не заметила свою старую знакомую, пока она не потерлась мне о ногу. Поначалу я приняла ее за змею – учитывая особенности местной фауны – и отшатнулась, заставив мистера О'Коннелла потерять равновесие и растянуться на земле. Схватившись за зонтик, я повернулась, чтобы посмотреть в лицо новой опасности.

Кошка Бастет сидела, примостившись на валуне. Она шарахнулась от меня, как и я от нее, и по разгневанной мордочке было видно, что она возмущена моим грубым приветствием.

– Прошу прощения, – сказала я. – Но ты сама виновата; надо же предупреждать о своем появлении. Надеюсь, тебе не больно.

Кошка лишь глядела на меня, но Али Хасан, который вернулся посмотреть, почему мы остановились, дрожащим голосом воззвал к Аллаху.

– Она разговаривает с кошкой! – воскликнул он. – Это демон, дух, а она его госпожа.

Он развернулся так быстро, что полы его халата вздулись, словно шары, но сбежать не успел, так как я ухватила его за шею ручкой зонтика.

– Довольно водить нас за нос, Али Хасан, – сказала я. – Мы ходим кругами. Кошка и в самом деле дух богини Сехмет. Она пришла сказать мне о твоем вероломстве.

– Так я и думал, – взревел Абдулла. Он хотел было броситься с кулаками на Али Хасана, но я сделала ему знак отойти.

– Али Хасану известно, что с ним сделает Эмерсон, когда я расскажу ему об этом. А теперь, Али, покажи нам правильный путь – или я нашлю на тебя богиню-кошку, и она разорвет тебя во сне на куски.

Я отпустила негодяя, а Абдулла шагнул вперед, готовый схватить его, если тот вздумает бежать. Но в этом не было необходимости. Али Хасан во все глаза глядел на кошку, которая спрыгнула со скалы и, стоя рядом со мной, угрожающе била хвостом.

– Она была там, когда я нашел мертвеца, – пробормотал он. – Я должен был догадаться. Я не должен был бросать в нее камнем. О, Сехмет, грозная богиня, прости жалкого грешника.

– Она простит тебя, если я ее попрошу, – многозначительно сказала я. – Веди же нас, Али Хасан.

– Отведу, что ж поделать, – обреченно пожал плечами Али. – Кошка знает дорогу; если я не отведу вас, это сделает она.

Мы продолжили путь; теперь Абдулла шел рядом с Али Хасаном, крепко вцепившись в гурнехца своей большой рукой. Напевать Али Хасан перестал.

– Как вы догадались? – уважительно спросил О'Коннелл. – Я ничего не подозревал.

– Зная характер этого человека, я просто выразила свои подозрения, а он по своей глупости признался.

– Мэм, клянусь, вы невероятны! – воскликнул О'Коннелл.

Я улыбнулась, принимая комплимент, надо сказать, совершенно заслуженный.

– Поторопись, Али Хасан, – крикнула я. – Если ты не приведешь нас к пещере до темноты…

Кошка исчезла, как будто, выполнив свою миссию, не видела причин оставаться. Али Хасан ускорил шаг. Я ни капли не удивилась, когда заметила, что мы двигаемся на восток – туда, откуда пришли. Солнечный диск опускался за горизонт. Али Хасан неуклюже трусил, полы его синего халата развевались. Наши тени опережали нас, вытянувшиеся серо-голубые силуэты походили на двойников древних египтян – охранительные сущности ка.

Хотя в длинных тенях отчетливее были видны возникающие на пути преграды, идти приходилось чрезвычайно осторожно, чтобы не упасть. Я понимала, что мы двигаемся на восток, но поскольку вынуждена была смотреть себе под ноги, то не догадывалась, куда именно, пока Али Хасан не остановился.