Книга Дело о нескончаемых самоубийствах, страница 62 – Джон Диксон Карр

– Я бы сказала, – ответила Кэтрин, – что почувствовала бы себя абсолютно обманутой! О, я знаю, что не должна так говорить, но это правда. Вы заставили нас так усердно искать убийцу, что мы не можем сосредоточиться ни на чем другом.

Доктор Фелл кивнул, словно оценил эстетическую ценность этой точки зрения.

– И все же, – продолжил он, – интереса ради я прошу вас вдуматься в эту версию. Я прошу вас обратить внимание на то, как она подтверждается каждым из наших фактов. – Он помолчал секунду-другую, попыхивая трубкой. – Давайте сначала поговорим об Ангусе Кэмпбелле. Это проницательный, ожесточенный, изможденный старик с изворотливым умом и большой любовью к семье. Он на мели, полный банкрот. Его великие мечты никогда не сбудутся. Он осознает это. Его брат Колин, которого он очень любит, погряз в долгах. Его бывшая любовница Элспет, которую он тоже все еще любит, без гроша в кармане – и останется без гроша. Ангус вполне мог считать себя, со всей своей шотландской упертостью, просто обузой. Никакой от него пользы – по крайней мере, пока жив. Он стар, но достаточно крепок для того, чтобы врач страховой компании дал ему еще лет пятнадцать жизни. И как до тех пор (во имя всего святого, как?) им жить? Конечно, если бы он умер сейчас…

Доктор Фелл сделал неопределенный жест.

– Но если он умрет прямо сейчас, необходимо установить точно, абсолютно точно, что его смерть не была самоубийством. А это потребует определенных усилий. Речь идет об огромной сумме: тридцати пяти тысячах фунтов, распределенных между ушлыми страховыми компаниями, чертовски въедливыми компаниями. Простой несчастный случай не подойдет. Ангус не может пойти и броситься со скалы, надеясь, что это сочтут несчастным случаем. Они могут так подумать, но это слишком рискованно, а ничего нельзя оставлять на волю случая. Его смерть должна быть убийством, хладнокровным убийством, доказанным так, чтобы не осталось ни тени сомнения.

Доктор Фелл снова умолк. Алан улучил момент и издал издевательский смешок, который прозвучал не слишком убедительно.

– В этом случае, сэр, – сказал Алан, – я обращаю против вас ваше собственное оружие.

– Да? И каким же образом?

– Вчера вечером вы задавались вопросом, зачем человеку, намеревающемуся убить ради выплат по страховке, совершать убийство, которое выглядит как самоубийство. Так вот – ровно по тем же самым причинам зачем Ангусу (уж кому-кому) планировать самоубийство, которое именно как самоубийство и выглядит?

– А он так и не планировал, – ответил доктор Фелл.

– Простите?

Доктор Фелл наклонился вперед и решительно потрепал Алана, сидевшего на переднем сиденье, по плечу. Манера доктора сочетала в себе рвение и рассеянность.

– В этом-то все и дело. Он не планировал так. Видите ли, вы все еще не поняли, что было в той собачьей переноске. Вы не поняли, чтó Ангус намеренно поместил туда. И говорю вам, – доктор Фелл торжественно поднял руку, – истинно говорю вам, что, если бы не одна маленькая непредвиденная случайность, происшествие настолько маловероятное, что математические шансы в его пользу были один на миллион, никогда бы не возникло ни малейшего сомнения в том, что Ангус был убит! И Алек Форбс сейчас сидел бы в тюрьме, а страховые компании были бы вынуждены платить по счетам.