Книга Смерть в вязаных носочках, страница 45 – Аманда Эшби

Наседка явственно побледнела, зато Мелочь восторженно улыбнулась:

— Говорят же, что обычно это дело рук мужа.

— Но зачем ему шантажировать собственную жену и держать отраву в собственном доме? — несчастным голосом спросила Наседка.

— Затем, что высокомерие не позволило бы ему думать, что его поймают. Я запишу на доске и его тоже. Только кодовым словом, чтобы Элисон не огорчалась. — Джей-Эм написала заглавную «Ф», а рядом — заглавную «Б». — Вот. Я переставила инициалы местами. Но есть проблема. Бернард не пустит ни одну из нас на порог, потому что мы подруги Элисон.

Все повернулись к Джинни, как косяк рыб, поменявший направление.

Первой заговорила Мелочь:

— Вас он не знает.

— И Луизу обнаружили именно вы, — прибавила Джей-Эм.

— К тому же вы излучаете такое чудесное спокойствие, — улыбнулась Наседка.

Неужели?

Джинни так хотелось запротестовать, что у нее зачесались ладони. Ей как-то не показалось, что злобный краснолицый мужчина, которого она видела в баре в четверг вечером, любит гостей. Сверху донесся тихий плач. Интересно, что из нашего разговора слышала Элисон, подумала Джинни.

К тому же молодая женщина отказалась изучить письмо с угрозами повнимательнее, и в этом было что-то странное.

Может, она узнала почерк Бернарда, но не захотела признаться? Джинни много читала о стокгольмском синдроме и понимала, какие сложные процессы могут до сих пор происходить между дочерью Наседки и ее бывшим мужем, независимо от истории их отношений.

Если так, то понятно, почему Наседка так встревожена. Вдруг она думает, что Элисон покрывает Бернарда, истинного убийцу? Или, того хуже, возьмет вину на себя? Эта мысль привела Джинни в ужас, но одновременно успокоила ее совесть. Поэтому-то они и вмешались. Они обязаны помочь Элисон, даже если та не хочет помочь себе сама.

— Хорошо. Если вы думаете, что от этого будет толк, я утром съезжу к нему. У Эдгара завтра запись к ветеринару на одиннадцать, но сначала я навещу Бернарда. Оставлю открытку с соболезнованиями.

— Да… Вполне естественное желание! — объявила Мелочь.

В естественности Джинни усомнилась: открытка больше походила на предлог, который поможет ей проникнуть в дом.

— Что еще мне надо знать о Бернарде?

— Он застройщик и любитель действовать в обход правил. Так что поклонников у него здесь нет. Элисон за время совместной жизни сумела сгладить кое-какие его колючки. К сожалению, за четыре года брака с Луизой они отросли как нельзя лучше.

— Мне нужен его адрес. И что там с Хизер, которая испекла хлеб?

— Я поговорю с ней завтра утром, — пообещала Джей-Эм, сделав особое ударение на слове «поговорю». Может, оно и к лучшему, что Джинни поедет к Бернарду одна.

— Я с тобой. Хизер печет божественные слойки с изюмом, я сто лет их не ела, — объявила Мелочь. — А ты, Наседка? Не хочешь присоединиться?

— Не могу. Надо отвезти гнезда, которые я связала, на ярмарку «Поможем птицам!», — объяснила Наседка. Она продемонстрировала розовое вязанье, и Джинни наконец сообразила, что это не чепчики для новорожденного. — А на обратном пути надо заехать в питомник, купить еще луковиц на завтра.

— Ах да, надо успеть все высадить до холодов, — согласилась Мелочь и повернулась к Джинни: — Мы по субботам ходим на кладбище, ухаживаем за цветами. На общественных началах. И вы тоже приходите, обязательно! Нужны только лопата и подходящая одежда. Это так здорово! А еще можно будет обсудить, что нам удалось узнать.