Книга Смерть в вязаных носочках, страница 44 – Аманда Эшби

— Дженет Мэри Риверз, не смей так говорить. Мы не можем ее бросить. — Щеки Наседки запылали.

— Бросить? Ни в коем случае. Я сейчас побуду адвокатом дьявола и попытаюсь мыслить как полицейский. — Джей-Эм постучала пальцем по губам. — Они будут выстраивать дело вокруг отвратительного развода, судебного запрета на приближение и хлеба на закваске. И это не считаяписем. Благодаря которым наш следующий шаг абсолютно ясен.

— Ну, тогда хорошо. — Плечи Наседки расслабились, но тут она поморщилась. — Просто из интереса: и каков же наш следующий шаг?

— Приходится признать, что мы не найдем письма, которое написала Элисон, и сосредоточимся на фигуре реального убийцы. — Джей-Эм изобразила четыре фигурки с ногами-спичками, бегущие за большим неряшливым кружком с лапками, как у тираннозавра.

Джинни закрыла глаза. Ей совсем не казалось, что этот следующий шаг продиктован логикой. Но она сомневалась, что подруги готовы изменить мнение и отнести записку в полицию. Но когда они найдут достаточно доказательств, то, конечно, свяжутся со следователями. Напряжение в груди ослабло. Джинни выпрямилась, обдумывая то немногое, что они узнали.

Мышьяк был в закваске.

А закваска — в доме.

— Начать надо с хлеба. Мы знаем, кто его пек? Кто доставил его в бакалею? И где его держала Луиза?

— Вот этоум! Я знала, что вы сможете помочь. — Наседка отложила вязание и хлопнула в ладоши.

Брендон открыл один глаз, чтобы посмотреть, из-за чего столько шума, и снова засопел.

— Отличный вопрос. Хлеб пекла Хизер О’Ди. Она переехала в городок всего несколько лет назад. Прекрасный пекарь. Я слышала, у нее был какой-то бизнес на юге, но она прогорела. Возвращаться в Ирландию было стыдно, и в итоге она осела здесь.

— У Литтл-Шоу репутация города, который дает приют бродягам и бездомным, — прибавила Мелочь, чем заслужила резкий взгляд Джей-Эм.

— Это ты меня называешь бродягой илибездомной?

— Нет, конечно, — встряла Наседка. — Она хотела сказать, что наш городок привлекает самые разные и самые прекрасные души.

— Хм-м. — Джей-Эм напоследок метнула на Мелочь еще один взгляд и кашлянула. — Так, на чем я остановилась? Ах да. Хизер живет в квартирке над баром, и если не работает за стойкой, то печет. Сначала она пекла только для «Заблудшей козы», но потом раскрутилась. Раз в месяц выезжает на фермерский рынок, бакалея «Коллинз» тоже закупается у нее.

— А еще у нее длинные фиолетовые волосы. Такие красивые! — прибавила Наседка.

Джинни вспомнила, что на днях видела за барной стойкой женщину с фиолетовыми волосами. На вид за сорок. Тихий голос.

— А что касается поставок хлеба, то я уверена — Элисон сможет нам все сказать. Я спрошу ее, когда она выйдет из ванной.

— У Хизер могли быть причины не любить Луизу? — поинтересовалась Джинни.

— Не больше, чем у любого другого человека. — Джей-Эм нарисовала рядом с именем Хизер вопросительный знак, после чего изобразила большую буханку хлеба. — А значит, мы упираемся в дом Луизы. Мог ли кто-нибудь изменить состав хлеба, пока он был у Луизы?

— Ну, мы же к ним влезли без проблем, так что могли и другие, — заметила Мелочь.

— Можем ли мы предположить, — начала вполголоса Джинни, — что это мог сделать Бернард? Я н-не утверждаю, что он виновен, но мне кажется, разумнее всего начать с этого пункта.