Книга Измена. Новая жизнь, страница 48 – Татьяна Тэя

Я присаживаюсь на бортик ванной и смотрю, как он набирает мне воду.

— Мог бы подумать, что ты засмущалась и избегаешь меня, но это странно, мы по любому бы встретились позже на сеансах с Алисой.

— Я, может, и смущаюсь, поэтому попрошу тебя выйти, пока буду мыться, — улыбаюсь слабо, — но избегать бы не стала.

Никита чуть выпрямляется, упирается ладонями в бортик по обе стороны от меня и наклоняет голову. Наши губы так близко, что дыхание смешивается.

— На этот раз выйду, — обещает, а затем коротко целует.

Прижимается с нежностью и не углубляясь в более страстном направлении. А я отвечаю, даже не понимая, откуда силы берутся.

— Зови, если нужно будет спинку потереть, ну или ещё чего-нибудь, — заигрывает со мной.

Бросает на машинку два пушистых полотенца и выходит.

— Не закрывайся только, — долетает из коридора, — а то мало ли что. Не хотелось бы дверь ломать, мне она очень нравится.

— Не буду, — обещаю с усмешкой.

Раздевшись, ложусь в ванну. Горячая вода и расслабляет, и бодрит. С ужасом разглядываю исколотые руки. Они в синяках, на запястьях отёки, следы от неудачных попыток поставить катетеры. Или я где-то дёргалась и мне лекарство «дуло», образовав страшные в своей красоте мраморные синюшные разводы.

Закрываю лицо ладонями и плачу. Всхлип за всхлипом, вздох за вздохом. Мне жалко себя. Свое тело. И страшно за себя. И за Алису.

И за Никиту.

Удивительно, у него хватило влияния вытащить меня, увезти к себе. Но последствия могут быть ужасными.

Неизвестность пугает.

Слёзы быстро иссякают, и это хорошо. Пожалела себя и хватит. Надо думать, как быть дальше. Что делать. Как обезопаситься?

Выбравшись из ванной, заворачиваюсь в махровый белый халат и, сунув ноги в тапочки, выхожу в коридор.

Никита тут же показывается изгостиной, подходит, поддерживает и ведёт на кухню.

— У тебя тут сервис просто на высоте.

— Погоди, ты ещё ужин не видела.

— Не сомневаюсь, что там тоже всё идеально.

— Я старался.

— Мог бы заказать просто в доставке.

Доктор Менделеев усмехается.

— Поверь, иногда я так и делаю.

— Но не сегодня?

— Не сегодня.

Целует в макушку и устраивает на диване. А я готова прослезиться, когда, чёрт возьми, мы успели так сблизиться с Никитой, что он ухаживает за мной, вызволяет из фатальных проблем и дарит нежность?

Ещё недавно мы были вежливыми незнакомцами, совсем чужими. Он занимался моей дочерью, я водила её на приёмы. Всё… разграничительная линия между нашими жизнями была чёткой и явной.

Кто-то там на небе пошептал за меня и послал этого ангела-хранителя в помощь. Иначе бы я до сих пор валялась на больничной койке под действием лекарств. И через месяц бы… а, да чёрт его знает, что было бы через месяц.

Но точно — ничего хорошего.

Вскоре на моих коленках поднос с поздним ужином и чашка крепкого чая.

— Это ж чифир… горький и сладкий, бр-р-р, — меня аж передёргивает.

— Глюкоза не помешает, пей-пей, — касается дна чашки.

— Я не пью с сахаром уже как лет десять.

— В виде исключения.

— Разве что так.

Однако распробовав чай, выдуваю больше половины. Он горячий и тягучий, и реально проясняет голову.

— Больше не могу, — сделав брови домиком, извиняюсь за отсутствие аппетита.

— Ты итак молодец. Не всё сразу.

Долгий вздох вырывается у меня, прежде чем Никита забирает поднос.

— Что такое?

— Эм… да я поверить не могу, что она тебе действительно позвонила, и ты приехал.