Книга Измена. Новая жизнь, страница 46 – Татьяна Тэя

— Да ты и сам в доле был. Так говоришь, будто исключительно для меня старался.

— Ладно,не будем.

— Правильно, не будем.

Их голоса удаляются. Хлопает дверь. И я остаюсь один на один со своими тёмными мыслями и полной неизвестностью.

Чуть позже приходит девушка, ставит мне капельницу. Катетер легко входит в вену, и я понимаю, что экзекуция будет проводиться на постоянной основе.

— Не надо, — пытаюсь закричать, но выходит лишь шёпот. — Нет, я не хочу.

— Всё будет хорошо, — долетает до меня ровный голос.

В нём нет эмоций. Нет выразительности. Сухой профессионализм.

Сил на злость не хватает. Её нет. Только обречённость и мысли, что Артём всех купил.

Не знаю, сколько времени проходит. Может быть, день или два, или неделя. Я где-то между сном и явью. В какой-то момент обнаруживаю себя с чашкой казённого чая и бутербродом с сыром в руке.

Выходит, я ем? Только не помню: когда, как и сколько раз.

Персонал регулярно чем-то меня пичкает, капает и повторяет будто мантру: «потерпи, всё будет хорошо».

Универсальная фраза для всех и каждого. Вероятно, при приёме на работу сюда нужно показать, что ты умеешь выговаривать её верно и с нужной интонацией.

Очнувшись в следующий раз, понимаю, что сознание вот прямо сейчас больше принадлежит мне, чем это бывает обычно. Будто персонал запоздал с дозой лекарств. Пытаюсь сжать пальцы, согнуть руки в локтях, потянуть на себя, выходит слабенько. Не думаю, что меня привязали, потому что скованности не ощущаю. Просто сложно двигать конечностями, так же как и ворочать языком. Это всё из-за седации. Я просто лежу на спине и дышу отчаянно.

Поворачиваю голову на звук открывшейся двери. Женская фигура в белых медицинских брюках и бледно-голубом халате приближается ко мне. Сейчас могу разглядеть её более отчётливо. Это молодая девушка, может быть, года на четыре младше меня.

— Пожалуйста, не надо, — выходит у меня очень слабо.

— Всё хорошо, Светлана, — обращается по имени. — Сейчас поставлю капельницу…

— Н-не н-надо, я н-не больна, я н-нормальная. — Слоги с силой выталкиваются из моего рта неповоротливым языком.

— Да-да, конечно.

Мне и обидно, и смешно. Грустная комедия с плохим концом — вот, что я думаю.

Однако отчаянно продолжаю:

— Позвоните… позвоните моему доктору, — даже чуть смешно от того, что привираю, — позвоните доктору Менделееву, пожалуйста. Никите Менделееву. —Откуда-то берутся силы убрать руку, когда прохладные пальцы хватают моё предплечье. Впрочем, довольно быстро возвращают его на место и прижимают к постели. — В центр психологической помощи… на Александра Невского… Он… Он не знает, что я тут. Пожалуйста, сообщите ему. В моих вещах есть телефон… Должен быть.

Уже приподняв голову, шепчу и шепчу я.

— У меня нет доступа к личным вещам пациентов.

— Позвоните, пожалуйста, скажите, что я здесь. Пожалуйста.

Ушам своим не верю, когда до меня долетает.

— Я позвоню. А пока поспите.

Медсестра крутит колёсико капельницы.

— Вы не позвоните, — хнычу. — Зачем говорите, что позвоните, хотя сами не собираетесь.

— Позвоню.

— Нет… зачем обманывае… те…

Всё сознание уплывает. Сил держать веки открытыми уже нет. Борьба бессмысленна.

Закрываю глаза и сдаюсь.

Сопротивление бесполезно.

— Света? — ласковый голос и мягкое прикосновение к руке, приводят в чувства.

Шевелю пальцами, чтобы ухватить фантома, явившегося в мою палату.