Книга Измена. Новая жизнь, страница 32 – Татьяна Тэя

— Иди ты.

— Уже… уже, — встаёт из-за стола и уходит в сторону дамской комнаты.

— Руза, конечно, без башни, — делает заключение Мила.

— А я считаю, надо брать пример, и ничего не бояться. Нас обидели. Мы имеем право на эмоции и попсиховать, — вздыхает Аля. — И пусть думают, что ненормальные. Они уже нам никто.

Официант снова подходит к столику и обновляет напитки. Я тихонечко тяну не помню какой по счёту бокал. Мне кажется, что весёлый вечер превратился в пьянку обиженных женщин. Нормально ли это? Наверное, да, если обиды так свежи. Может, Рузанна и права… не стоит соблюдать вежливость по отношению к тем, кто её не достоин.

Девчонки болтают, а я кручу бокал и просто пялюсь то на стенусправа, то на стену слева, то на гостей за столиками.

В какой-то момент мой взгляд зависает в проходе. Я моргаю, думая, что обозналась. Или что реально выпила лишку и у меня глюки.

Моргаю, но «глюк» никуда не исчезает.

Когда понимаю, что это реальность реальнее некуда, вспыхиваю от стыда и смущения. Рука сама ныряет в сумочку за телефоном. Случайно ли он здесь? Сомневаюсь…

Смотрю на экран, прямо на список вызовов и матерюсь про себя.

Ужасно, что Руза в разговоре сдала все явки и пароли: и название, и адрес. Так что… даже не представляю, что он подумал и почему приехал, когда мог проигнорировать.

— Ой, девочки… — закрываю лицо ладонями и бормочу: — Вы, кажется, не тому говнюку написали…

«Ну вот, ты же мечтала оказаться с ним наедине и в неформальной обстановке», — хихикает внутренний голос.

«Да, но не таким же способом!» — возражаю с отчаянием.

У доктора Менделеева отличная дорогая машина с комфортным салоном и высокой посадкой. В кресле можно утонуть, а подголовник приятно давит на затылок, когда на него откидываюсь. Лёгкая ритмичная музыка из динамиков почему-то навивает мысли о сексе.

Всё… с вином всё… пора завязывать.

— Ну как вы? — спрашивает, когда садится за руль. — Всё в порядке?

— Да, всё в пор-рядке, — чертов язык до конца меня не слушается. — Всё от-тлично.

Вообще-то я никуда ехать с ним не собиралась, но девочки, как поняли, что к нам внезапно пожаловал предмет моего интереса, которому они так неосторожно «нахамили», сделали всё, чтобы я с ним уехала.

Рузанна ещё и нагло подмигнула на прощанье, пожелав не теряться.

Когда я пыталась предъявить, что она организовала катастрофу, Руза лишь отмахнулась:

«Тёма… Никита…да хоть Вася с Петей… у меня всё смешалось, кто есть кто. И потом, подумай сама, он вдруг взял и примчался. Фантастика. Кажется, это неспроста… ой-ой, неспроста. Короче, действуй. Воспользуйся ситуацией».

Не знаю, что она имела в виду под «воспользуйся ситуацией», голова с трудом соображает, поэтому вариантов нет. А те, что приходят на ум, вызывают массу сомнений и опасений.

— А вы зачем приехали? — кошусь на Никиту.

— Показалось, что нужна помощь. На меня столько… хм… разной информации ваши подруги вывалили, а на консультациях вы иногда выглядите потерянной, что кажется…

— Я выгляжу потерянной? — перебиваю. — Нет, вы это серьёзно?

— Мне же со стороны виднее.

— Чудесно, — зажмуриваюсь, не зная, куда деться от стыда.

Это жалость, а не интерес. Или профессиональная этика. Просто поступает по-мужски.

«Зато, если примчался среди ночи, значит свободен», — снова подхихикавает внутренний голос.