Книга Измена. Новая жизнь, страница 29 – Татьяна Тэя

— Да тут грибная поляна просто. Смотрите, какие боровички засели, — смеётся Рузанна.

Ей около тридцати, она стройная брюнетка и не похоже, что страдает. Но Мила по дороге сюда шепнула, что у Рузы серьёзная трагедия в личной жизни.

Впрочем, как и у всех нас четверых, не зря же мы — «Клуб бывших жён».

Кто-то уже бывший, а кто-то ещё на пути к этому статусу.

— И поглядывают с интересом, — поддакивает Мила.

Слежу за их взглядами. Да уж… боровички… Мужики от сорока до пятидесяти, видно, что при деньгах, пришли поискать приключений на одну ночь. Чисто съём… Хотя, может, это просто цинизм во мне говорит, возможно, у кого-то из них есть и серьёзные намерения.

— Серьёзные намерения, — фыркает Руза.

Оказывается, последнее я в слух произнесла.

— Их серьёзные намерения по домам заперты, с детьми или даже уже внуками нянькаются, пока папашки отдыхают от бытовухи. Вот так, девочки. И не пытайтесь убедить меня в обратном, я на собственном опыте знаю, каково это. Как облупленных их вижу.

— Тогда и относись соответствующе, как они к тебе, так и ты к ним, — заявляет Мила.

— Именно это и собираюсь делать.

С нами ещё Аля. Алевтина. Но она тихая и молчаливая блондинка, немного испуганно осматривает интерьер. Видно, что ей не совсем уютно, будто она в подобных заведениях ни разу и не бывала. Может, так и есть?

Беру её под руку в качестве поддержки, и мы идём за Рузаннойи Милой, которых ведёт деловая хостесс. Обрабатывает их с порога, подсовывая алкогольную карту и рассказывая о достоинствах вин и более крепких напитков.

Вскоре мы за столиком и уже с бокалами. Вернее, мы трое с вином, а вот Мила, как и обещала, с травяным чаем.

— Кто-нибудь есть будет? — Мила изучает меню.

— Есть? Поесть я и дома могу, — кидает Рузанна. — И вообще худеть надо, я теперь снова на выданье… Вернее, скоро буду.

— У тебя с фигурой всё нормально, — говорю искреннюю правду.

— Перед зеркалом в ванной я вижу все свои недостатки.

— Ты же говорила, что не хочешь отношений в ближайшее время, — подаёт голос Аля.

— А кто говорил про отношения? Буду пользовать мужиков. А то им можно, а нам нет, что ли?

— Может, использование — не лучший выход. Поначалу будет весело, а потом ещё противнее, не только от них, но и от себя самой, — настаивает Аля.

— Любовь к себе — это роман на всю жизнь, — заявляет Руза. — От себя мне точно противно не станет. А ну… за женскую силу давайте выпьем.

— И терпение.

— И мудрость.

— И хитрость… — добавляет Мила.

Мы чокаемся — три бокала и одна чашка.

С каждым глотком разговоры становятся всё откровеннее, а слова — грубее. Видно, что у девочек раны и обиды также свежи, как и у меня. Иногда они не стесняются в выражениях, и я постепенно подхватываю эту волну.

Ну и пускай голова кружиться… отосплюсь! Приеду на работу чуть позже. Или напишу, что приболела. Могу же отгул взять? Я столько времени без отпуска пахала и больничных, чтобы себя зарекомендовать. Ну или как вариант, удалённо поработаю.

Поэтому, когда подходит официант, осушаю бокал и двигаю его на край. Мгновение — и вино снова в нём.

Постепенно и я рассказываю всем о ситуации с Артёмом. А когда заявляю, что муж, прикрываясь карьерой, пытался оправдать сближение с начальницей, всем сразу хочется посмотреть, что там за операционный директор такой.

— Один момент, — тыкаю в экран телефона, чтобы зайти на корпоративный сайт. Сама я уже раз сто на эту Викторию Викторовну успела полюбоваться. — Вот эта, — стучу ногтем по открывшейся фотке.