Книга Гасконец. Том 2. Париж, страница 77 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Не похоже, чтобы она мне поверила. Она завела меня в свою комнату, посадила на старый деревянный стул, села рядом. Мы взяли за руки. А в это время мушкетеры спокойно собирали вещи в своих комнатах.

Кто-то из них смеялся, кто-то подначивал друг друга. Д'Атос в очередной раз снова пытался разгорячить Исаака и вызвать его на шуточную дуэль. Анри д'Арамитц что-то тихо и печально напевал.

Анна посмотрела на меня и сказала:

— Я видела ужасный сон.

Я только усмехнулся:

— Странные ночи и странные дни. Далеко от дома, нам всем снятся странные сны, Миледи.

Она покачала головой:

— Нет, вы не понимаете, я видела! Видела, что мы все умрем. Что человек в черном убьет нас.

Я снова рассмеялся, в этот раз уже не так весело:

— Анна, мы видели уже двух людей в черном. Рошфор нам не враг. Еще одного встретили где-то в Вестминстерском аббатстве. Не думаю, что он даже знает, кто мы такие. Конечно же у вас дурные сны. Вы напуганы, вы устали. Но в этом мире нет ни капли мистики, мой друг. И уж точно не бывает вещих снов или волшебных предсказаний.

— Вы проехали за много туазов от дома, выкопали могилу человека, умершего четырнадцать или пятнадцать лет назад, для того чтобы найти что-то? — вдруг решила Миледи сменить тему разговора. Я ответил:

— Подвески, Анна. Просто подвески, но это не моего ума дело.

Девушка протянула в ответ:

— Да, да, вы правы, Шарль, чем меньше я знаю, тем и я сама крепче сплю.

Я потрепал ее за руку и сказал:

— Вам не стоит беспокоиться, Анна. Никакой человек в черном нас не убьет. В конце концов, это же просто зловещий образ, а не живой человек. Детей пугают незнакомцами в черных одеждах, просто обычная культурная рефлексия.

— Культурная что? — захлопала ресницами Анна де Бейл. Я мрачно выругался себе под нос.

— Не волнуйтесь, это я уже видимо засыпаю… сами понимаете, мы почти не спали. Вы не должны переживать по этому поводу, — заулыбался я. Миледи недоверчиво смотрела на меня, но пока соглашалась. — Давайте я соберу вещи, нам нужно будет отправляться как можно скорее, пока вдруг нами не заинтересовалисьлюди в черном.

Я посмеялся своей шутке, которую Анна просто не могла понять. Мы правда собрали вещи очень быстро и отправились в путь.

Солнце едва-едва вставало над Лондоном, когда мы покинули это печальное и дурно пахнущее место. Путь был омрачён сильнейшим, почти шквалистым ветром. Он налетел внезапно, с глубины острова, и чуть не унёс наши шляпу к восточному берегу Англии. Сколько бы мы не скакали вперёд, ветер и не думал ослабевать.

Мы провели в пути около получаса, без всяких приключений. Однако затем, д'Атос словно затылком что-то заметил. Он обернулся назад и тихо прошептал себе что-то под нос. Ветер проглотил всё им сказанное, и тогда молодой мушкетёр уже закричал:

— Вот проклятие!

Я тоже обернулся, и первым делом увидел отставшую, побледневшую от ужаса Миледи. За ней, метрах в трехстах, скакали люди в чёрных одеждах. Я тряхнул головой и закричал:

— Какого дьявола⁈ Тут не может быть гугенотов!

— Посмотри на шляпы, Шарль! — в ответ крикнул мне Анри д'Арамитц. — Это совсем не гугеноты!

И хотя, преследовавшие нас люди, тоже были протестантами, по их высоким шляпам я понял: это представителями той же ветви христианства, что и виденный нами в Вестминстерском аббатстве мужчина. Более того, он вёл за собой группу из семи всадников.