Книга Жуков. Если завтра война, страница 94 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

Охрану семьи следовало усилить, но сделать это незаметно для охраняемых. Вместе с тем так, чтобы Жуков не отвлекался. И вообще, следует продумать всю систему охраны семей людей, от которых зависит обороноспособность страны.

Сталин поднялся, снова подошел к окну. Решение созрело. Жукова нужно было поддерживать, но держать в жестких рамках общей стратегии. Дать ему возможность действовать, но окружить невидимым, но неусыпным контролем.

Использовать его энергию и ум для укрепления армии, но не давать этой энергии разрушить сложившееся равновесие сил. Он вернулся к столу, взял доклад Кулика. На полях ровным, четким почерком вывел:

«Тов. Кулик. Не увлекайтесь критикой. Практика — критерий истины. Дайте Жукову провести учения. Их результаты покажут, кто прав. С.»

Этого было достаточно. Пусть работают. А он, вождь, будет наблюдать. Время покажет, кто из них это алмаз, требующий огранки, а кто просто твердый, но бесперспективный булыжник. В предстоящей войне стране были нужны алмазы.

Район проведения учений

На рассвете третьего дня учений, когда безветренная погода словно прижала к земле туман, превратив долину реки Стоход в молочную, движущуюся пелену, видимость не превышала двухсот метров.

Именно в этот момент, согласно плану, «красные» должны были начать форсирование водной преграды под прикрытием дымзавесы. Она не понадобилась. Природа сама предоставила им идеальную маскировку.

Я наблюдал с КП, развернутого на лесистом холме. Сюда доносились характерные звуки глухое бульканье моторов разворачиваемых понтонных парков,пока еще старой конструкции, скрежет и лязг железа.

Саперы 8-го отдельного моторизованного инженерного батальона наводили переправу практически в полной тишине, передавая команды от отделения к отделению по цепочке. Радиомолчание также сохранялось.

«Синие», оборонявшие противоположный берег, знали о примерном времени начала операции. Их артиллерийские наблюдатели, должно быть, вглядывались в белую мглу, пытаясь угадать место сосредоточения.

И все-таки туман и отсутствие звуковых ориентиров сводили их усилия на нет. Это был первый, чисто тактический выигрыш «красных», достигнутый умением использовать условия местности и погоды.

Первый эшелон пехоты 44-й стрелковой дивизии начал переправу на лодках и понтонах почти бесшумно. Их задачей был захват плацдарма. В 06:30, как только первые роты достигли середины реки, по сигналу, три зеленые ракеты, артиллерия «красных» открыла огонь.

Только не по переднему краю обороны «синих» — его точное расположение в тумане было неясно. Огонь велся по квадратам, нанесенным на карты заранее, по вероятным районам сосредоточения резервов и артбатарей противника.

Это был огневой вал на подавление, а не на уничтожение конкретных целей. Тактика, отработанная на Халхин-Голе и стоившая тогда немало снарядов, но экономившая жизни красноармейцев при атаке.

Ответный огонь «синих» был запоздалым и неточным. Их батареи стреляли наугад, по площадям, тратя боеприпасы. Через сорок минут пехота «красных» зацепилась за противоположный берег.

Начался тяжелый, медленный бой в траншеях первой линии, который в условиях тумана распался на десятки очаговых схваток. Здесь преимущество получили подразделения, натренированные на ближний бой.

Штурмовые группы с гранатами и пистолетами-пулеметами, которые мы начали формировать и обучать еще в январе, врывались в окопы условного противника, ведя бой в ограниченном пространстве траншей, ходов сообщения и блиндажей.