Книга Жуков. Если завтра война, страница 91 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

— Товарищ командующий округом, связист Петров доставлен.

— Ну-ка покажите мне этого любителя ходить в лес по нужде.

Через минуту конвой ввел связиста. И увидев его, я невольно присвистнул. Вот это номер!

— Тимофеев, — хмыкнул я. — Недалеко же ты убежал.

Он дернулся было, но конвой был начеку. Его схватили, заломили назад руки, повалили на пол. Я подошел к нему, остановился, глядя на него сверху вниз. Приятель детства Мирры Исааковны задрал голову, посмотрел на меня с ненавистью.

— Ничего, — процедил он.— Настанет час… Всех вас, жидов, красноперых… Под нож…

— Это мы еще посмотрим, кто кого, Тимофеев, — сказал я. — Говори, кто твои сообщники здесь, в расположении войск!

— Перебьешься, Жуков…

— Доставить в Киев, в распоряжение начальника особого оперативного отдела товарища Грибника, — распорядился я. — Вызов его группы отменить.

Дезертира, а вернее агента немецкого резидента Эрлиха фона Вирхова увели. Теперь понятно чьих рук дело и внезапная передача открытым текстом, а вернее провокация, и заложенная взрывчатка. Пусть теперь им и его подружкой Шторм Грибник занимается.

Информация о сообщниках пришла уже под утро, когда на востоке только начинала сереть полоса горизонта. Егоров доложил, что его группа захватила двух человек в лесном массиве, в пятнадцати километрах от станции «Рубин».

— Не немцы, конечно, и не румыны, — сказал начразведки, раскрывая полевую сумку. — Наши. Один — бывший связист из той же части, что обслуживает «Рубин», уволен в запас год назад по состоянию здоровья. Второй — его родственник, без определенных занятий, ранее судим за кражи. При них была переносная рация иностранного производства. И вот это.

Он положил на стол блокнот в кожаной обложке. Похожий на шифровальный, но внутри оказались не шифры, а список имен, должностей и проставленные суммы в рублях. Я пробежался глазами. Командиры взводов, начальник штаба полка, делегат связи из управления тыла округа. Суммы от пятисот до трех тысяч рублей. Немалые по этим временам деньги.

— Взяли с поличным? — спросил я.

— С поличным. Они как раз пытались передать по рации новые координаты. Как выяснилось, для минирования моста. Бывший связист Петренко отрицает свою связь с иностранными разведками. Заказчик вышел на него через шурина, который связан с киевскими барыгами. Платили за конкретную информацию. За схемы связи, пароли, графики перемещения штабов. А задача на срыв учений была уже отдельным, особо оплачиваемым заказом. Петренко утверждает,что не знает, кто конечный заказчик. Деньги передавали через третьи руки.

Все эти показания и список сами по себе ничего не значили. Это могла быть попытка дискредитировать военнослужащих РККА, с целью погрузить округ в атмосферу подозрительности и доносов.

Кому это выгодно? Вариантов было несколько. Конкурентам внутри армейской верхушки, связанных с Куликом. Националистическому подполью, намеревающемуся дискредитировать советскую власть в приграничье.

Или дельцам теневого рынка, чей бизнес был завязан на контрабанде, незаконном обороте наркотиков, оружия, ну и сведений для тех же разведок. Усиление пограничного контроля и увеличение присутствия войск в регионе нарушило тщательно выстроенные деловые связи.

Впрочем, последнее маловероятно. Зачем барыгам ввязываться в шпионаж, а тем более в диверсионную деятельность, рискуя попасть под статьи куда более суровые, нежели положенные за спекуляцию, торговлю краденным и прочую подпольную коммерцию.