Книга Жуков. Если завтра война, страница 69 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

Третье. Передать в распоряжение Карело-Финской Советской Социалистической Республики промышленные предприятия, расположенные на территории, включаемой в состав Карелии, согласно пункта первого настоящего Закона, за исключением небольшого количества предприятий, имеющих общесоюзное значение.

Четвертое. Просить Верховный Совет Российской Советской Федеративной Социалистической Республики и Верховный Совет Карело-Финской Советской Социалистической Республики представить на рассмотрение Верховного Совета СССР проект установления точной границы между РСФСР и Карело-Финской ССР.

Пятое. Провести в соответствии со статьями тридцать четвертая и тридцать пятая Конституции (Основного Закона) СССР выборы депутатов в Верховный Совет СССР от Карело-Финской Советской Социалистической Республики.

Шестое. Поручить Президиуму Верховного Совета СССР назначить день выборов…

Я выключил приемник. Что ж. Зимняя война была завершена созданием новой советской республики и я чувствовал моральное удовлетворение. Насколько это поможет нам выиграть большую войну с европейским нацизмом, будущее покажет.

Закон принят. Дело сделано. Граница отодвинута, Ленинград в большей безопасности, чем был еще в прошлом году. Это был факт, который следовало принять к сведению и двигаться дальше.

Надеюсь, территориянового государственного образования не ограничится перечисленными в официальном сообщении городами. В идеале, вся Финляндия должна стать социалистической и советской.

У меня же впереди весенние учения, а это репетиция совсем иной войны. Утром у меня на столе лежало очередное донесение от Прусса по геологической разведке на участке номер семь. Пока все подтверждалось.

Обширная карстовая полость, своды в целом устойчивы, но требуют точечного укрепления. К завтрашнему утру должны были поступить схематические зарисовки. Их нужно будет передать Семеновой для первого наброска проекта «Фундамент».

Раздался телефонный звонок.

— Товарищ командующий, по вашему поручению, — доложил дежурный по особому отделу. — За контрабандистом Ковалем, действующим в районе Сарн, установлено наблюдение. Сегодня вечером он не вышел на связь со своей обычной группой. Его видели в компании неизвестного, похожего по описанию на отделенного командира Тимофеева. Они продвигались в сторону заброшенного хутора Мельники, в трех километрах от границы. Дальше проследить не удалось — наступили сумерки, оперативная группа опасалась раскрыть себя.

— За хутором следят?

— Взяли под наблюдение, но рядом граница. Может случится всякое. Просят разрешения на задержание.

Я посмотрел на часы. Без двадцати десять.

— Разрешения не даю. Пусть наблюдают. Если попытаются пересечь границу, тогда пусть берут. Если останутся на хуторе, постараться проследить, с кем вступят в контакт. В любом случае, взять нужны живыми. Особенно Тимофеева.

— Вас понял, товарищ командующий. Немедленно передам.

Я положил трубку. Тимофеев, выходит, жив. И его ведут к границе. Это подтверждало версию о его ценности для немецкой разведки. Вывезти живым источник информации вполне логичное решение.

Правда, это также означало, что его могли использовать втемную. Возможно, он и не шпион вовсе, а просто земляк Мимозы, втянутый в историю и теперь бегущий от всего. В любом случае, живым он был нужнее.