Книга Казачонок 1860. Том 3, страница 93 – Петр Алмазный, Сергей Насоновский

— Добре, скажешь, чего делать — натаскаем, не проблема, — ответил Аслан.

— Гришка, — вставил дед, — ты лед этот укладывать станешь — не забудь между слоями мелкой соломой просыпать. Или опилками.

— Помню, деда. С опилками сложнее — это до Сидора идти. Думаю, и соломы хватит. Порубаю мелко, да и хорош.

— Добре, Гриша.

— Чего, Аленка, глядишь так? — спросил я, увидев, что она явно хочет что-то спросить, но стесняется.

— И лед этот, Гриша, — неуверенно спросила она, — холод летом держать сможет?

— Ой, Фома ты неверующая, — хмыкнул я. — Я ж сказывал уже: для этого и делаем. Летом спустился, квасу холодненького налил — лепота. Да и мясо, сало, много чего хранить можно, долго портиться не будет.

— Чего это сразу «неверующая», — глянула на меня Алена, наполовину в шутку, наполовину всерьез. — Я же вживую такого не видывала.

— Пойду тогда Проньку еще предупрежу — он тоже, думаю, поможет, — сказал Аслан и стал одеваться.

* * *

С утра, отменив привычную пробежку — точнее, заменив ее тяжелой работой, — мы втроем, я, Аслан и Пронька, пошли к ручью.

Взяли двуручную пилу, еще одну, которой и один сладит, лом, веревку, санки. Дед еще дал два крюка, чтобы из воды тянуть было удобнее.

Я снова ступил на лед. Прошло несколько дней, а по ощущениям он еще сильнее окреп.

Я привязал веревку к поясу, взял одноручную пилу и двинулся к середине. Там нашел лунку правильной квадратной формы. Ее, естественно, замело снегом, пришлось поискать, но в итоге справился.

— Аслан, будь добр, сбегай за деревянной лопатой, — сказал я. — Надо сперва снег в сторону убрать, а то, как намокнет, липнуть будет к ледяным блокам, да и неровные выйдут. А нам-то поровнее нужны.

— Ага, скоро буду, — отозвался Аслан и потрусил в сторону дома.

Пронька пока стоял на берегу и держал меня за конец веревки. Черт его знает — если провалюсь, хоть сможет вытащит. Так-то глубина тут вроде небольшая, но лучше перебдеть.

Еще Аслан сегодня раньше всех встал и баню затопил. Тоже по моей просьбе: вдруг искупаемся — сразу возможность согреться будет.

Я ткнул ломом в лунку и убедился, что снизу уже корочка подмерзла, но ломом это быстро исправил.Потом опустил в прорезь пилу и попробовал пилить.

Дело, скажу я вам, не простое. Пила гуляет, лед скрипит. Варежки быстро мокнут, руки сводит от холода.

Аслан вернулся с лопатой и принялся сгребать снег, а я отошел ближе к берегу, растирая руки.

— Так, братцы, — сказал я. — Отмечаем блоки примерно четыре на пять четвертей. Толщина будет, как лед намерз, примерно с ладонь. Так и тащить можно будет, и на санках сподручнее.

Концом лома на расчищенном льду прочертил прямоугольники нужного размера. Потом опустил пилу в лунку и повел по линии.

Сначала пилил я. Аслан, тоже веревкой за пояс прихваченный, держал рядом лом и вставлял его в распил, как клин, чтобы пилу не закусывало.

Когда рука у меня стала ватной и околела, он меня сменил. Потом и Пронька подошел на смену — у этого увальня лучше всех выходило. Здоровый чертяка, не зря, видать, я его к физкультуре приучал.

Первый блок вышел тяжелый. В итоге тащили его вдвоем, крюками — я с Пронькой, а Аслан на берегу веревку страховал. Не помешает — чем черт не шутит, риск искупаться все же был.

— Ого, — выдохнул Пронька, глядя на глыбу, вытянутую на лед. — Вот это штука.