Онлайн книга «Танго с Пандорой»
|
После приглашения Иды он присел на тахту с валиками и деревянной спинкой с полочкой поверху и, выдержав небольшую паузу, подтвердил ее подозрения: — Может, придется поработать вместе. Мне говорили, что вы немка. А я русский. — Вы хорошо говорите по-английски. Жили в Америке? — В Канаде. Им обоим было понятно, что от них требовалось только лишь увидеть друг друга и запомнить. При такого рода встречах не стоило углубляться в биографию и обременять своего визави лишней информацией. Это даже чревато в случае провала. Не стоит знать о другом разведчике или чужих агентах лишнее. Не знаешь, значит — не выдашь. Иллюзий по поводу методов дознания вражеских контрразведок никто из них не испытывал. Они помолчали, переглянулись и рассмеялись. — Давайте лучше чаю попьем, — предложила Ида с улыбкой. — У меня осталось китайское печенье. А здесь меня снабдили банкой малинового варенья. Она позвонила, и ее таинственный помощник через полчаса сообщил, что самовар на столе. В соседней комнате на самом деле стоял самовар на жестяном подносе, в чашку с отбитой ручкой капало из носика. В высокой вазочке на тонкой ножке стояло то самое варенье. Ида достала из буфета печенье. Они обсудили погоду, литературу — немецкую и латиноамериканскую. И иссякли. — Спасибо за чай, — Грегори завершил визит, встав из-за стола. — Полагаю, мы еще увидимся. Насколько я понял, нам предстоит некая подготовка, несколько совместных классов, если можно так выразиться. Очень рад знакомству. Он поцеловал руку Иде, легонько сжав ее маленькую ручку в своей большой ладони, и удалился по той же дорожке в саду неторопливой, вальяжной походкой. Ида не могла понять, где их пути-дорожки могут пересечься. Она рассчитывала, что ее дорога снова проляжет на Дальний Восток, ведь она уже вникла в тамошние обычаи и обстановку. С другой стороны, эта слежка, которая омрачила ее последние дни в Шанхае и вызвала панику и у нее, и у резидента, и у Центра… На следующее утро за ней приехал Михаил в большом «роллс-ройсе» со шторками на стеклах. Прежде чем постучаться к Иде, он отвел к ребенку женщину, приехавшую с ним. Та должна была посидеть с сыном Иды в ее отсутствие в дальней комнате дома — мрачноватого сруба с несколькими пристройками, чтобы случайно не увидеть разведчицу. Ида уже собралась выходить из комнаты, взяв в руки маленькую лакированную сумочку, которую купила еще во Франкфурте, когда Михаил удержал ее за локоть. — Постойте, Петер просил вам сообщить, что Семенов не заключил сделку. Пришла телеграмма от его жены, и он срочно уехал к ней, бросив все на произвол судьбы. Оружие его отряды не получили. А в белоэмигрантских газетах появилось несколько статей, как видно, проплаченных обиженными японцами, что Семенов агент большевиков и потому не предпринимает решительных действий против России. Также вам просили передать благодарность от руководства Разведывательного управления. Вас представили к государственной награде. Работой вашей в Шанхае довольны. Риск был оправдан. Георгий работает, с ним налажена связь, и причина слежки за вами в Шанхае однозначно заключалась не в нем. Причину устанавливаем. Ида опустила голову, скрыв улыбку. Ее переполняла радость. Она понимала, что Петер этими новостями хотел ее подбодрить после неудачного отъезда из Шанхая, фактически бегства. По идее, он не должен сообщать ей то, что, в общем, она и не должна знать. О том, что Георгий продолжает успешно функционировать уже с другим куратором — лишняя для нее информация, тем паче, она не собирается возвращаться в Китай. И китайская борьба с японским милитаризмом, разведка агрессивных планов Токио в отношении СССР — всем этим будет теперь заниматься кто-то другой. Ее явно собирались переориентировать на Европу, где у нее родственники, связи, где она без проблем по собственным документам может работать аккуратно и плодотворно. |