Онлайн книга «По праву сильного»
|
— И во сколько мне отдадут брата? — я смотрю как лопаются пузыри пены на больших пальцах ног. — Считай, отдали, Ксюш. Он уже звонил, что его оформляют. Ждет выписку. Самое позднее к двум надо подъехать. — Ладно, — мямлю я. Мне не лень и несложно, но гадское настроение снова падает. Даже в днюху опять надо решать какие-то проблемы. — Ксюш, прости!Там в холодильнике тортик, как ты любишь с безе… Я постараюсь пораньше сбежать, но гарантий никаких. — Да ладно, мам. Все нормально, я сейчас ускорюсь. И ускоряюсь. И естественно, это пагубно влияет на мой внешний вид. Вместо укладки — наспех высушенные волосы, которые приходится заправить в жалкий пучок. Вместо нарядного костюмчика — спортивный костюм. Вместо макияжа — шиш с маслом. В последний момент только, уже у самой двери, я вспоминаю про свое решение подходить ко всему осознанно, и брызгаюсь духами, стоящими дальше всего от меня. Но настроение все равно противное. Одна радость — такси приезжает вовремя. Зато в больнице оказывается, что я зря торопилась. Заведующая, которая что-то там должна подписать, еще занята, и мы с Лешкой кукуем почти лишний час в ожидании. Брат сдержанно меня поздравляет, но между нами до сих пор остается напряжение. Маша, конечно, ему нахваливала кумиров его юности, но что-то Лешка ими готов восхищаться только отдельно от меня. Я уже один разок осадила его, когда он начал поучать меня, с кем мне стоит общаться, а с кем нет. Пока новых попыток он не предпринимает, но по глазам вижу, что разговор еще будет возобновлен. Даже звучало, что он будет теперь приглядывать за моим кругом общения. Спохватился! И это он еще не знает, что я с Гордеевым спала. И не просто так, а в обмен на помощь. Когда мы с Лешкой повздорили, у меня прям язык чесался сказать, чтоб отвалил со своими нотациями. Я уже Ящеру дала, как только можно. Еле сдержалась. Вот и сейчас. Я чувствую, что сегодня он не будет меня пилить из-за праздника, а больше ему пока нечего мне сказать. Ну он и уткнулся в телефон. Сердечки Маше шлет. В общем, к моменту, когда мы подъезжаем к дому, мой настрой где-то в районе плинтуса обретается. И Лешка еще копается, пока я с тяжеленными сумками дожидаюсь его у подъезда. — Ну ты чего там залип? — Да тачка крутая… — Какая тебе нахрен тачка теперь? Ты еще нескоро за руль сядешь! А я маме пожалуюсь, и она тебе мозг так вынесет, что ты только на трехколесном велосипеде кататься будешь! — пылю я. Тачки он разглядывает. Еще и огрызается: — Можно подумать, я в аварию по своей вине попал! — Это маме и Маше рассказывать будешь! Леш, мне тяжело вообще-то! Это да, пронимает брата, Лешка, устыдившись,ковыляет к подъезду. Открыв дверь в квартиру, я обнаруживаю, что у нас гости. Прекрасно! Я выгляжу, как ушлепок, а тут мужские кроссы. Это такой мне сюрприз Арзамасов решил устроить? Побросав сумки, стремлюсь скорее сбежать в комнату, ну чтоб хоть как-то себя в порядок привести. А если успею, то и принарядиться. Но мама, услышав, что мы вернулись, зовет из кухни: — Ксюша, Алеша? И голос у нее странный. Растерянный, что ли… Это не дает мне отмахнуться от ее зова, и я шлепаю на кухню, даже надев тапки. А добравшись, застреваю в дверном проеме. Лешка, налетевший на меня, шипит: — Чего встала? Чего встала? На кухне за праздничным столом, держа в огромной лапище крошечшую кофейную чашку, сидит Гордеев. |