Книга По праву сильного, страница 84 – Саша Кей

— Господи, — мама перебирается на стул. — Ты у врача была?

— Да, — киваю головой на тумбочку, где графином придавлены выписка и назначение врача.

— Господи, — снова бормочет она. — Это же… ты же могла погибнуть… Надо пожаловаться… Где такая халатность допущена?

— Мам, мам, у владельца уже проблемы по этому поводу…

— Да?

— Да, успокойся, тебе нельзя волноваться, — прошу я. — Обещаю, что буду осторожнее.

— Тебе что-нибудь нужно? — она обводит глазами тумбочку, заставленную посудой с фруктами. — Хочешь, я оладушки сделаю? Как ты любишь? Из кабачков?

— Мамуль, спасибо, но не лезет.

— Ну тогда отдыхай, позови, если что…

— Конечно, мам.

Я смотрю ей вслед и понимаю, что хорошо, что она не знает, что все из-за Гордеева. Она и так к нему относится предвзято. Хотя… Свататься он ко мне не будет, так что не все ли равно… Но мне почему-то не хочется слышать от нее гадости в его адрес. Он действительно помог нам, а Лешке — по собственному желанию. И девчонке этой, Маше Николаевой, они с Максом помогут.

А я возьму себя в руки и перестану думать о Денисе совсем. Может, уже завтра получится. В крайнем случае, через год. И думать забуду. В конце концов, что мне пришло в голову в него влюбиться? Я его совсем не знаю.

Эту мантру я повторяю вот уже вторую неделю. Как только синяки стало возможно замазать тоналкой, я стала выбираться из дома, потому что оставаться в пустой квартире наедине со своими мыслями совершенно невыносимо. Лешку выписывают только послезавтра в мой день рождения, мама на работе, а я лезу на стену.

Надо же, какая я оказалась романтичная дура. Всегда считала себя крайне прагматичной особой. И так втрескалась в совершенно неподходящий объект.

На улице мне почему-то тоже неуютно. Ощущение взгляда в спину, которое пропало, когда в мои проблемы вмешался Ящер, снова возобновляется. Оно не пугающее, но какое-то зудящее. Я несколько раз пыталась определить, кажется мне, или кто-то на меня постоянно пялится, но, похоже, это моя паранойя.

Тем гадам уже совершенно точно не до меня.

Макс вчера опять звонил, отчитывался. Дело на Николаева заведено, документы на развод приняты. Михаил передает бизнес и сращивает переломы. Откуда они у него взялись, Лютаев мне не ответил.

Наворачиваю уже третий круг вокруг универа. Мне сегодня туда не нужно, но ноги сами меня принесли к альма-матер. Университетский скверик чудо как хорош в эту пору. Холодное октябрьское солнце, листва шуршит под ногами в ожидании дворника, который уже вышел не уборку, клумбы с яркими ноготками.

В общем-то, мое столкновение с Арзамасовым возле главного корпуса не становится чем-то из ряда вон выходящим. Я только что обогнала нашу истерзанную наукой, студентами и профессурой лаборантку.

— Ксюша? — окликает меня Константин. — Вы ко мне?

— Нет, — смущенно говорю я, засовывая руки в карманы пальто. — Просто проветриваюсь, я живу тут недалеко.

— У меня перерыв в два окна, может, кофе? — предлагает он.

— Почему бы и да, — усмехаюсь я, внутренне признаваясь, что мне хоть и приятно внимание Арзамасова, но соглашаюсь я именно назло Гордееву.

Впрочем, время я провожу приятно. Кафешка уютная, кофе ароматный, у Константина неплохое чувство юмора, и мне удается отвлечься от тяжелых мыслей, а это уже немало. Костя даже провожает меня домой, помогая по дороге собрать букет из осенних листьев.