Книга Эксклюзивные права на тело, страница 26 – Саша Кей

Подробности я узнала значительно позднее.

— Мы же виделись нечасто. Они живут на два города, к тому же Света недавно родила. Я понятия не имела, что у неё происходит. А месяц назад Света появилась на моём пороге вместе с ребёнком и маленькой дорожной сумкой. На лице кровоподтёк, на виске ссадина. Я была в шоке. В последнее время муж начал поднимать на неё руку, срывая зло по любому поводу. Началось с пощёчины, дальше хуже. В этот раз он шваркнул сестру так, что она упала и чуть не разбила голову о ступеньку. И Света поняла, что если она не унесёт ноги, то однажды он может её убить. Сестра уже пыталась заговаривать о разводе, клялась, что не претендует ни на какое его имущество, но он сказал, что тогда ребёнка она больше не увидит. И поэтому Света решила сбежать. Если муж её найдёт, я не знаю, чем это закончится.

Что тут ещё сказать?

Я жду, что Ярослав в привычной для него язвительной манере пройдётся по дурости моей сестры. Мол, вот так и огребают золотоискательницы.

Но Корельский никак не комментирует Свету.

— И мужик до сих пор не поднял полицию на уши, когда пропала жена? Может, это похищение? Или на жену, что украла ребёнка?

Меня корёжит. Сестра при мне записывала голосовое сообщение мужу и отправляла его по электронной почте, потому что прежним номером телефона она пользоваться боится.

— Света сказала ему, что пока он её не ищет, она не даст ход заявлению о домашнем насилии. Мы зафиксировали побои.

Ярослав настроен скептически.

— Вы решили, что это его остановит? — удивляется он. — Хотя, пожалуй, да. Поиски твоей сестры он будет вести не так открыто и без привлечения властей. Но это просто небольшая отсрочка. Вы это понимаете? Тот факт, что о местоположении твоей сестрызнает Зинин, уже говорит о том, что она хреново спряталась.

— И что ей надо было делать? — срываюсь я. — Позволить бить себя и дальше? Терпеть, когда запирают и не пускают к заходящемуся плачем ребёнку, пока она не попросит прощения, что гуляла на двадцать минут дольше, чем ей разрешили? Давай, скажи, что она сама во всём виновата!

Я перехожу на «ты» на эмоциях, но Корельский всё равно так обращается ко мне с того момента, как его руки побывали у меня под рубашкой. Какая разница уже, в общем-то?

— Эмма! — осаживает он мою подступающую истерику. — Я говорю о том, что вы проблему не решили, а усугубили. Когда, заметь, не если, а когда он её найдёт, всё станет ещё хуже.

— Может, не найдёт… — уже значительно тише бурчу я.

— Своих жену и ребёнка? Я бы нашёл.

— Мы не знаем, что делать.

— А муж кто? Ты старательно обходишь эту тему. Я так полагаю, думаешь, что я тут же сдам вас. Нет. Не сдам.

— Гуденко, — поколебавшись отвечаю я.

Корельский присвистывает. Кажется, мне, наконец, удаётся его удивить.

— Светлана Гуденко смылась от мужа. То-то её не видно.

— Васнецова. Светлана Валерьевна Васнецова. Она переводчик, и у неё много дипломов и сертификатов, чтобы не менять везде фамилию, сестра оставила девичью.

Ярослав приподнимает ухоженную бровь:

— Светлана Валерьевна Васнецова и Эмма Станиславовна Станцевич. Сестры.

— У нас разные отцы, — только и говорю я, не желая развивать тему, которая мне очень неприятна.

— Значит, вляпываться — это у вас общее от матери, — делает резонный вывод Корельский.

Собственно, он прав. Я всегда старалась поступать правильно, и вот где я оказалась.