Книга Эксклюзивные права на тело, страница 28 – Саша Кей

Кстати, где мы?

Я только сейчас начинаю крутить головой.

Прежде я тут не бывала.

Впрочем, это неудивительно. Зинин предпочитает другой отдых, а для деловых обедов или ужинов всегда выбирает самое модное заведение в центре.

Ярослав оглядывается на меня, словно решая, стоит ли интересоваться моим мнением по данному вопросу. На всякий случай пожимаю плечами. Мне всё равно. Не думаю, что смогу съесть хоть что-то.

— Дальний столик в саду, — делает выбор Корельский.

В саду?

Но не переспрашиваю, чтобы не выглядеть глупой неотёсанной деревенщиной, и позволяю себя вести вслед за устремившей куда-то вглубь территории девушкой.

А территория тут солидная.

По мощёной камнем аккуратной дорожке мы огибаем ресторан, и я понимаю, о каком саду говорил Ярослав. Расстилающийся шикарный сочный газон пересекают аллеи, убегающие туда, где парк отгорожен он взглядов посторонних ухоженными кустами отцветшего жасмина и перголами, оплетёнными жимолостью. Мы минуем несколько тенистых беседок и останавливаемся у дальней изгороди из барбариса с его пёстрыми листьями.

На настиле, пахнущем свежим деревом, сервирован столик, на котором мелькают солнечные пятна от лучей, пронизывающих крону растущего рядом каштана.

— Мы получили ваши пожелания, — дождавшись, пока телохранитель Корельского осмотрит и удовлетворённо кивнёт, докладывает администратор. — Что-то ещё требуется?

— Я бы хотела помыть руки, — озвучиваю я.

Девушка приглашает меня пройти за ней.

Из-за того, что я тут, в общем-то, под давлением Ярослава, у меня ощущение, что охранник двинется за мной, чтобы проследить, не сбегу ли я. Но нет. Похоже, я свободна в своих перемещениях. Только вот почему-то без давящей фигуры Корельского рядом мне неуютно.

Я оглядываюсь по сторонам и поражаюсь тому, как здесь всё тихо, мирно и дремотно. Ничего не напоминает о городской суете, которая царит в двадцати километрах отсюда.

Это вызывает диссонанс, потомучто внутри меня всё в смятении.

Приведя себя в порядок в дамской комнате, я возвращаюсь к столику с твёрдым намерением всё-таки получить информацию, которой меня сюда и заманили. Мне нужно знать, к чему готовиться.

Однако, выдвинув мне стул и дождавшись, пока принесут первое блюдо, Корельский, который в это время переписывался с кем-то по телефону, объявляет:

— Ты ешь, мне надо позвонить.

Он оставляет меня один на один с тарелкой и исчезает из моего поля зрения.

Я перевожу взгляд на блюдо.

Так. Вопросы множатся в геометрической прогрессии.

Несмотря на более чем скромное детство, я довольно придирчива в еде. В основном это касается того, что я предпочитаю максимально натуральный вкус. Терпеть не могу обилие приправ и соусов. Есть ещё пара капризов, не то чтобы криминальных, но из-за которых питание в ресторанах редко доставляет мне удовольствие.

Здесь учтено всё.

И я не замечаю, как в ожидании Корельского приговариваю закуску, хотя планировала гордо отказаться и продемонстрировать, что он «мои аппетиты не удовлетворит».

И даже лимонад без сахара, одни цитрусы и веточка розмарина.

Откуда такие подробности обо мне? Это ведь интимнее, чем знать, какое у меня бельё.

А Ярослав всё не возвращается, и на нервах я съедаю заботливо принесённое мне первое. И только когда я заканчиваю в полном расстройстве приготовленное на второе паровую треску, он появляется снова.