Книга Выше только небо, страница 117 – Риз Боуэн

– Простите. – Майк выглядел смущенным. – Я не хотел вас обидеть.

Она повернулась так, чтобы видеть его лицо.

– Я знаю. Но и вы должны кое-что знать обо мне: я не принадлежу к тому образованному классу, к которому принадлежите вы. Я выросла в рабочей среде и закончила только начальную школу.

– Но вы не позволили ни тому, ни другому встать у вас на пути, – сказал Майк. – Именно эта черта мне в вас и нравится. Вы обладаете подлинным мужеством. Я сразу понял это, как только увидел вас сидящей на льду посреди улицы.

Джози прыснула. Возникшее между ними напряжение мгновенно исчезло.

Они встали в очередь к билетной кассе. Майк купил шестипенсовые места в верхнем ярусе – там, где были установлены настоящие бархатные кресла. Поскольку сеанс был утренний, зал оказался заполнен лишь наполовину. Перед началом фильма крутили кинохронику. Джози смотрела на экран, где один за другим мелькали кадры разбомбленных английских городов, следом пошел сюжет об отдельных победах в морских сражениях и новости из Северной Африки: «Генерал Монтгомери собирает значительные силы для решающей битвы с войсками противника под командованием фельдмаршала Роммеля»^[22], – сообщил диктор. Джози подумала, нет ли ее мужа среди этих людей, которые едут на бронированных машинах по африканской пустыне? Вряд ли бы Стэну понравилось, что его жена сидит в кинотеатре с посторонним мужчиной.

А затем начался фильм. Прозвучали первые аккорды музыки, мелодия обрушилась на Джози, как полноводный поток, и повлекла за собой. Роскошные интерьеры эпохи Старого Юга завораживали. Великолепные костюмы, обворожительная Вивьен Ли и неотразимый Кларк Гейбл. Напряжение любви, связывающее их героев, было ощутимо почти физически. Поэтому ласковое прикосновение руки Майка, опустившейся на руку Джози, казалось продолжением происходящего на экране. Их пальцы переплелись. Она взглянула на него, и он ответил на ее взгляд. В мерцающем полумраке Джози видела, как блестят глаза Майка. Она не отстранилась и не убрала руку, но, напротив, наслаждалась теплом его прикосновения. Их близость словно бы вплеталась в близость героев Ли и Гейбла. Затем последовали сцены охваченной огнем Атланты. Джози прикусила губу, сердце болезненно сжалось: слишком похожи были кадры горящего города на то, что она своими глазами видела в Лондоне.

– Почему история человечества постоянно связана с войной? – прошептала она.

Майк обнял ее за плечи и притянул к себе. Она положила голову ему на плечо. Когда Джози снова подняла лицо и взглянула на Майка, она знала – Майк хочет поцеловать ее, и не отвернулась. Поцелуй был мягким и нежным, совсем нетребовательным. Джози хотелось, чтобы он длился и длился. Они сидели обнявшись до последних титров и продолжали держаться за руки, выходя из зала. Оба вздрогнули и почувствовали нечто вроде удивления, когда вернулись к реальности и обнаружили, что мир за порогом кинотеатра по-прежнему купается в ярком весеннем свете.

– Тебе сегодня ночью не нужно лететь? – спросила Джози на обратном пути в Саттон-Сент-Джайлс.

– Боюсь, что придется, – вздохнул Майк.

– И вместо отдыха ты потратил время на какое-то глупое кино? – Джози нахмурилась. Она расстроилась и рассердилась на себя.

– Ты – это лучшее, что случилось в моей жизни за последние годы, – сказал Майк. – Я не променял бы наш поход в кино ни на что другое. Теперь, где бы я ни был, воспоминание о твоей близости навсегда останется со мной. – Майк улыбнулся. Горячий румянец залил щеки Джози.