Книга Полярный капитан, страница 19 – Аланна Дей

Держась за гранитные плиты, я тепло осматривал город. Меня посещали мысли о белогвардейцах, ведь она заняли всю территорию, я думал было связаться с золотопромышленниками, чтобы снова отправится на поиски одной неугомонной идее в моей голове:

Однажды, раздобыв на "Заре" винтовку, Величкин отправился в один прекрасный день на охоту за оленями по берегам речки Сого. Здесь он выстрелил, по его словам, для прицелки в кочку. Подойдя к ней, удивился, увидев отбитый кусок каменного угля, который был принесен им на пароход и показан Торгерсену, Брусневу*, командиру парохода "Лена" Ершевскому и мне. Неизвестно в силу каких побуждений, но местонахождение угля было им в то время скрыто, и, когда заинтересованныелица спросили, где этот уголь был найден, он указал неверное направление, в итог прибыли мы туда поздно, не удалось задержаться. Все были разочарованы, поиски не привели к положительным результатам.

Уголь, но уголь… вот, что меня цепляло. Эта часть угля в его руках заставляла меня поверить в то, что это дело еще незакончено, где то внутри я чувствовал, что будет продолжение.

Воспоминание 5.4. О 1909. На строительство вложили мировую память

Времена здорово изменились с моего последнего пребывания там, столько воспоминаний накопилось за столь короткую, но насыщенную жизнь. Мне все в ней нравится и все устраивает. Мы даже прошли первую мировую. Из-за масштабных экспедиций напару с Колчаком как-то раз мы провели конкурс на лучший завод для постройки ледоколов. Требовались прочные ледоколы из стали, опираясь на наш опыт, я знал, что нельзя допустить ошибки, присутствовавшие на «Заре». Один инженер с интересом подошел к нашему проекту, это удивило и меня. По итогу строились мы в Петербурге. Все свободное время мы работали над проектом, ездили на завод и общались со строителями, столярами и инженерами. Каждый день контролировался и не давал отдохнуть, к началу основания чертежей, было принято решение построить не один, а уже два таких корабля. После к нам подключилось военное ведомство и перестроило наши чертежи, добавили пушки и пулеметы. Для гидрографических работ это были основательно экипированные ледоколы. Украдкой мы иногда смеялись над различными ситуациями. «Таймыр» и «Хатанга» – такие имена мы придумали сидя за столом в тюляже на стройке. После ко мне обратился один из будущих матросов и предложил назвать судно «Вайгач», они стоили его все вместе. Я согласился, Колчак тоже не был против. Новое название, понравилось и быстро вошло в обиход среди поморцев.

К завершению строительства мы разделили пароходные ледоколы между собой, мне принадлежал – «Таймыр», Колчак же присвоил себе «Вайгач». К осени от министерства поступил план, Колчак не упустил момента его дополнить. Так мы и отправились на Дальний Восток. Заранее были написаны цели экспедиции по исследованию Северного ледовитого океана и детальный путь. Мы отплывали с Кронштадта 27 октября, на следующий день были в Петербурге. По всему земному шару мы должны были пройти Балтийское, Северное, Средиземное, Красноеморя, Суэцкий канал и Индийский океан. Двигаясь с запада на восток, по Северному морскому пути в ходе гидрографической экспедиции, мы зашли в давно известную нам бухту Тикси и установили в навигационный знак, создали астрономический пункт.