Книга Полярный капитан, страница 17 – Аланна Дей

В феврале лейтенант Колчак сделал для всех доклад про Великую северную экспедицию, а Бируля рассказывал про природу стран, находящихся близ Южного полюса.

Охотники не расставались с надеждой выследить дичь. По вечерам, изредка, я играл на фортепиано для всей кают-компании.

Однажды мы замеряли воду в шлюпках, и тюлень чуть не перевернул нас вместе со всеми приборами!

Незадолго до ухода на остров Беннетта Толль вручил мне подробную инструкцию дальнейших действий и приказ о назначении начальником экспедиции на случай его невозвращения из похода.

К 1901 г я стал капитаном яхты. По пути мы открыли впадающую в залив реку и один из каменных островов. Обследовав Таймыр, мы удачно прошли по северному морскому пути. Дальше были только льды! Вторая зимовка прошла в нерпичной бухте.

В том же году с каюром Стрижевым мы отправились на разведку территорий. Собаки, которые везли нас в снегах, уставали. Пройдя архипелаг с юга на север, корм был на исходе, к концу мы вернулись на базу. Барон как обычно был недоволен моими «своевольными действиями» – как он говорил. В итоге, дальнейшее мое отбывание началось совсем скоро! В результатепоездки я отметил на карте два новых острова архипелага Норденшёльда. Были планы по прохождению пути, но из за тяжелой обстановки в сентябре после двух безуспешных попыток добраться до Новой Сибири и острова Беннетта, куда летом отправились группы А.А. Бялыницкого-Бирули и Толля, я, боясь оказаться в ледовом плену и имея ограниченный запас топлива, принял трудное решение уйти в бухту Тикси. Это решение стоило жизни группе Толля, но, скорее всего, спасло всех остальных. Сильная аварийная ситуация вынудила меня поставить «Зарю» на мель в бухте Тикси, оставшийся экипаж покинул судно.

В феврале я и Колчак выехали из Петербурга с целью запроса на поиски барона и его команды. Мы прибыли в поморский город Мезень, где по совету академика Феодосия Николаевича Чернышева, не раз ходившего отсюда на Шпицберген, набрали из мезенских поморов членов экспедиции. Тогда в канцелярию губернатора поступило уведомление от мезенского исправника: «Имею честь вашему превосходительству донести, что шесть человек, отобранные господином лейтенантом, уже выехали. Выбранные лица ранее бывали в разных экспедициях, все трезвые и хороших нравственных качеств, список к сим прилагается».

В мае все 17 человек спасательной экспедиции вышли из последнего населенного пункте на материке, в тысячекилометровую дорогу, покрытую торосами и полыньями.

Всем приходилось впрягаться в лямки, помогая тридцати собакам тянуть вельбот, снятый с "Зари"!

Высадившись на остров Беннетта, мы наткнулись на небольшую избушку, в которой хранились ящики экспедиционного оборудования. Отдельно лежали письма с отчетом экспедиции и конверт «Для ищущих нас» с запиской, оканчивавшейся словами: «Отправимся сегодня на юг. Провизии имеем на 14-20 дней. Все здоровы. Бар. Толль. Губа Павла Кеппена острова Беннетта. 26.Х.1902».

Так и закончилось мое первое знакомство с бухтой и бароном Эдуардом Васильевичем Толлем.

Воспоминание 5.2. 1903. То, что было после

_{Записка Толля}

На следующий год, добравшись из Якутска на оленях, я прошел долиной реки Хараулах до губы Буор-Хая, я весной и летом составлял первую подробную карту берегов бухты Тикси, по берегам он расставил 17 триангуляционных знаков, разбил базис. Съемку я выполнял с помощником-казаком Энгудаем. В тот год бухта необыкновенно рано очистилась ото льда, и я сразу же приступил кее промерам. На паровом катере, провел промеры глубин и сделал вывод о пригодности бухты для строительства крупного порта. Ни разу раньше паровому катеру не приходилось так много работать и приносить столько пользы, как в это лето. Побывал я и на острове Муостах, который оказался заметно меньше, чем по съемке почти столетней давности. Затем на оленях съездил на мыс Быков, для того чтобы связать свою съемку с астропунктом Н. Д. Юргенса.