Книга Мой любимый шпион, страница 94 – Мэри Джо Патни

Покой… Симон вдруг заметил, что сжимает руку Сюзанны, и, как только увидел, что священник поднимается с коленей, выпустил, но сначала легонько пожал. Она открыла глаза и одарила его улыбкой, исполненной покоя и умиротворения.

Престарелый священник поднимался на ноги с трудом, держась за перила возле скамей, но к посетителям повернулся с приветливой улыбкой.

– Добрый день. Я отец Мартан. Могу ли я вам чем-нибудь помочь?

– Очень на это надеемся, – откликнулся Симон, доставая портреты Лукаса. – Я разыскиваю своего давно потерянного кузена, который, возможно, стал монахом-францисканцем и костоправом. Мне говорили, что иногда он появляется здесь, в вашей церкви, когда для него в округе находится работа. Вы знаете его?

На губах отца Мартана расцвела улыбка, едва лишь он взглянул на портрет Лукаса в монашеском облачении.

– Брат Иуда! Разумеется, он здесь всегда желанный гость. Он провел у меня несколько дней и ушел не более двух часов назад.

Ошеломленный этим известием, Симон вздрогнул – словно схватился за раскаленную кочергу. С трудом сглотнув подкативший к горлу комок, он пробормотал:

– А он сказал, куда отправится?

Священник ненадолго задумался.

– Сказал, что на восток по льежской дороге, если не ошибаюсь.

– Как он путешествует? – спросила Сюзанна. – Пешком?

– Нет, верхом на муле. – Отец Мартан снисходительно улыбнулся. – И все беспокоится, что нарушает свой обет бедности, владея мулом. А я всякий раз уверяю его, что верхом он дальше уедет и больше послужит во славу Господа.

«Неужели этот монах и впрямь Лукас? – изумлялся Симон. – Ведь он всегда обожал лошадей… А теперь – на муле?.. Впрочем, скоро все выяснится».

– Спасибо вам, святой отец. Мы двинемся по этой дороге в надежде нагнать его.

Резко развернувшись, Симон чуть ли не бегом направился к двери. Он едва сдерживал волнение и был уже почти у порога, когда Сюзанна догнала его, взяла за руку и шепнула:

– Положите что-нибудь в ящик для пожертвований.

– Ах да, конечно. – Симон никогда не забывал о пожертвованиях церкви, а вот сегодня, когда у него было столько причин для благодарности, чуть не запамятовал.

Вытащив из кармана полную пригоршню монет, Симон высыпал их в ящик, затем быстро покинул церковь и направился к коню Сюзанны, чтобы помочь ей забраться в седло. Когда же она устроилась на своем гнедом и расправила юбки, он хриплым от волнения голосом проговорил:

– Я не верю, что это он. Напрасно я дал волю своим надеждам.

– По крайней мере, скоро вы все узнаете наверняка. – Сюзанна ласково коснулась его плеча. – И если брат Иуда не Лукас, то ездить в другие места по списку не понадобится.

Слова жены отчасти успокоили Симона. Да, определенность была бы кстати. Вскочив в седло, он с улыбкой сказал:

– Спасибо вам за здравомыслие.

– Вам уже не раз случалось наставлять меня на путь истинный, а теперь – моя очередь. – С этими словами Сюзанна пустила своего коня быстрой рысью – опять-таки более разумный выбор, нежели галоп, на который чуть было не перешел Симон (ведь даже рысью они продвигались вперед достаточно быстро).

За все время пути им встретилось на дороге лишь несколько крестьянских повозок и одно досадное препятствие – целая процессия гусей, из-за которых всадникам пришлось придержать коней, чтобы те ненароком не раздавили своими тяжелыми копытами какую-нибудь из гогочущих птиц.