Книга Герцогиня-дуэлянтка, страница 61 – Минерва Спенсер

Он опустил глаза в стакан с виски – второй с того момента, как он переступил порог дома друга после подписания бумаг.

– Продажа Дарлингтон-парка – единственное, что позволит мне позаботиться о Клаудии и Диане. Я знаю, щедрое приданое не гарантирует им достойных женихов, но по крайней мере, им не придется искать средства к существованию. К тому же мне кажется, Клаудиа с радостью примет предложение Дональда Хеммингса.

Хеммингса, сельского джентльмена с приличным достатком, мать Гая, к сожалению, считала не очень подходящей партией для сестры герцога. Теперь она этого сказать не могла.

– Хеммингс неплохой молодой человек, – пробормотал Син.

Поскольку поместье Стонтона граничило с Дарлингтон-парком на юго-западе, они с Гаем знали всех соседей.

– Что же касается Дианы, – продолжил Гай, – она заявила, что вообще не намерена выходить замуж: вместо этого она хочет изучать камни.

– Твоя младшая сестра – дитя природы, – заметил Син.

– Она такая, – с гордостью за любимую сестру кивнул Гай. – Эти деньги позволят ей изучать все, что захочет.

– Раз уж тебе пришлось продавать поместье, ты сделал правильный выбор, – произнес Стонтон, разрушив повисшее в воздухе хрупкое напряжение. – Барон Уэстфилд позаботится о Дарлингтон-парке.

Гай это знал. Уэстфилд представлял новое поколение пэров – порождение войны. Эти аристократы, служившие своей стране как деньгами, так и способностями, получили от принца в качестве благодарности титулы, не обеспеченные землями, которые им причитались.

– Да, верно, – кивнул Гай. – К тому же он предложил прекрасные условия.

Уэстфилд был настолько добр, что Гай испытал неподдельное смущение. Новый владелец Дарлингтон-парка прекрасно понимал, каково это – расставаться с собственностью.

– Он предложил оставить трех скакунов Дианы в конюшнях Дарлингтон-парка и сказал, что девочки и мать могут свободно пользоваться библиотекой и другими помещениями. По его словам, он не собирается проживать там постоянно, поскольку это уже четвертое поместье из тех, что он приобрел за последние несколько лет.

Гаю было очень стыдно за мать, которая обращалась с новым владельцем поместья как с грязью, которую принесла в дом на туфельке. И что удивительно, этому приятному пожилому мужчине, холостяку, столь холодный прием казался забавным. Гай заподозрил, что Уэстфилд всерьез увлекся его матушкой.

Гай рассмеялся при мысли, что, этому грубоватому торговцу скобяными изделиями предстоит пробиваться через ледяной барьер толщиной в фут, которым всегда окружала себя его мать. И при этом не имело никакого значения, что по своему происхождению она была ближе к Уэстфилду, нежели к собственному покойному мужу, но когда речь заходила о родословных, она становилась чопорнее всех матрон «Олмакса» вместе взятых.

– Ее собственный дом хоть и небольшой, но очень уютный, – заметил Син в попытке подбодрить друга.

– Да, верно, – кивнул Гай, особенно если учесть, какую часть от доходов Дарлингтон-парка он вложил в него после смерти отца.

Несмотря на то что мать жила с ним в Фейрхерсте, Гай знал, что, когда он наконец женится, ей придется переехать в собственный дом, ибо она обладала слишком жестким характером, чтобы проживать под одной крышей с его женой, особенно если та будет тоже своевольной.

Ну а если его жена окажется девушкой милой, робкой, мать прокатится по ней, как почтовый экипаж.