Книга Возлюбленная распутника, страница 92 – Виктория Воронина

Наконец высокий мажордом степенно вошел в гостиную и торжественно провозгласил:

— Сэр Августин Крейц, миледи!

— Просите, — кивнула ему головой Мейбелл, поудобнее устраиваясь в своем кресле, обитом красным бархатом. И хорошо сделала, иначе бы она упала от потрясения, увидев, что за гость посещает дом маркизы Честерфилд. В проеме двери, открытой лакеем, показался Джордж Флетчер. Он направился прямо к ней, улыбаясь при виде ее неприкрытого изумления.

— Джордж⁈ Как вы здесь оказались? — сдавленно проговорила Мейбелл, испытывая такую радость от встречи с другом графа Кэррингтона, словно перед нею был он — ее самый любимый граф на свете.

Джордж Флетчер приложил указательный палец к губам, призывая ее к осторожности и молчанию.

— Возможно, вы уже поняли, леди Мейбелл, что меня здесь знают под именем Августина Крейца, — сказал он. — Прибегнул я к подобному маскараду, потому что не было другого способа подобраться к вам. Король охраняет вас как дракон Золотое Руно, честное слово.

— Зачем я вам понадобилась? — быстро спросила Мейбелл. — И скажите, бога ради, где Альфред? Ведь вы были рядом с ним в Седжмурской битве и во время бегства, не правда ли?

Джордж Флетчер пристально посмотрел на нее, мысленно решая про себя стоит ли ей доверять, и в свою очередь спросил:

— А вас по-прежнему волнует судьба лорда Эшби? Разве вы не отказались от него ради любовной связи с королем?

— Джордж, я действительно продалась королю Якову, но моей ценой оказалась жизнь нескольких сот людей и и правосудие, совершенное над гнусным убийцей графини Сары, а не деньги, — горько призналась ему Мейбелл. — Мое сердце обливалось кровью при виде того сколько честных сторонников герцога Монмута лишили жизни самым жестоким образом, и я отправиласьк королю молить его о снисхождении. Он согласился помиловать осужденных, но ценой моей женской чести. Я не ожидала такой низости от первого дворянина королевства, который должен служить примером истинного благородства для всех остальных английских дворян, однако ему опасно перечить.

— Вот почему Яков Второй проявил милосердие к мятежникам, о котором раньше даже не хотел слышать, — в раздумии проговорил Джордж Флетчер, и его взгляд, устремленный на Мейбелл, преисполнился признательности. — Вы спасли от плахи несколько моих боевых товарищей, миледи, а затем, когда их отправляли в Бристоль, чтобы увезти на кораблях в заморские колонии, я сумел устроить им побег. Теперь моя задача — спасти графа Кэррингтона.

— Что с ним? — взволнованно спросила Джорджа Мейбелл. Она быстро схватила его за обшлаг мундира, не желая отпускать его, пока он не даст ей желанного ответа. — Где он?

— В Тауэре, леди Мейбелл, — сочувственно глядя на нее, произнес Джордж Флетчер. — Жертва графини Сары оказалась напрасной, лорд Эшби попал в руки властей. Один из слуг графа, некий Дирк, прельстился щедрым вознаграждением и выдал своего больного господина, который так и не оправился от полученной в бою раны приспешникам кровавого судьи Джеффриса.

Сердце Мейбелл едва не остановилось, когда она осознала размер опасности, угрожающей ее возлюбленному.

— Как только носит земля таких иуд! — простонала она. — Дирк никогда мне не нравился и внушал подозрение хитрым выражением своих глаз, но Альфред был слишком благороден для того, чтобы прогнать человека на основании одних подозрений. Джордж, скажите, что я должна делать, чтобы вызволить Альфреда из тюрьмы? Я на все пойду, обещаю вам.