Книга Возлюбленная распутника, страница 259 – Виктория Воронина

Черчилль продолжал, чуть дыша, что-то лепетать про свое уважение к жене, сожалея про себя, что среди христиан не принято многоженство, как среди мусульман. Тогда он мог бы с чистой совестью предложить Мейбелл свою руку и сердце, и она не сочла в этом случае его предложение позорным для себя. Было бы прекрасно, если у него имелись отважная как львица жена и прелестная, словно редкая орхидея, подруга жизни, — такой союз полностьюудовлетворил бы его сердце. Однако даже если бы существовал такой закон, который позволял христианину жениться несколько раз, его жена никогда не согласится делить его с другой женщиной. Все его попытки оправдаться только сильнее разъярили Сару Черчилль.

— Я не потерплю твоих измен, Джон, чем бы ты их не оправдывал! Ты нарушил наш уговор, по которому ты должен был хранить мне супружескую верность, — кричала гордая герцогиня. В гневе она металась по спальне, круша и разбивая все вокруг. Ее муж находился в слишком плачевном состоянии, чтобы леди Черчилль набросилась на него с кулаками, но китайская ваза оказалась разбитой, пострадали также скамейка и занавеси. Однако герцогиня Мальборо все не могла успокоиться и, наконец, выдвинула ультиматум:

— Ты должен выбрать, Джон, что тебе дороже — я или твои любовные увлечения, — угрожающе прошипела она. — Я вовсе не желаю, чтобы ты наградил меня сифилисом, подцепленным от одной из твоих красоток. Если ты сделаешь выбор не в мою пользу, то учти, — я разрушу твою карьеру с той же легкостью, с которой создала ее.

Тут герцог Мальборо заволновался не на шутку — он знал, что его жена зря слов на ветер не бросает. А он по-настоящему дорожил ею и был поистине заворожен немыслимым сочетанием ее женственно нежной оболочки и неукротимого железного духа.

— Любовь моя, я всегда любил только тебя, несмотря на слабость моей греховной плоти, — забормотал он. — Клянусь тебе, ты больше не услышишь, чтобы я бросил взгляд на другую женщину.

— Что же, на этот раз я поверю тебе, Джон, но помни — я прощаю тебя в последний раз, — жестко произнесла герцогиня, и громкий стук двери возвестил об ее уходе.

Джон Черчилль бессильно откинулся назад на подушки, — бурный разговор с женой окончательно обессилил его до предела. С грустью он подумал о том, что если он хочет сохранить жену, то с мечтами о Мейбелл Уинтворт ему придется проститься. Сара обязательно сделает то, что обещала — уйдет от него и жестоко отомстит, как это она умеет делать.

Герцогиня Мальборо тоже не в лучшем настроении отправилась отдыхать в свои апартаменты. Она не разлюбила своего неверного супруга, но разочаровалась в нем настолько, что он перестал занимать в ее сердце первое место. Отныне главной страстью ее жизни стала политика, и после воцарения королевы Анныее подруга леди Сара Черчилль правила Англией в течение многих лет. Свое влияние на королеву она использовала не только в личных интересах, но и для поддержки партии вигов, идеология которой была ей близка. Муж Сары Джон Черчилль (сам он был умеренным тори) называл ее «прирожденным вигом». Сара разделяла позицию вигов по всем основным вопросам: престолонаследие (после смерти Анны Стюарт английский трон должен был занять правитель Ганновера протестант Георг), веротерпимость, продолжение войны до победы над католической Францией. Герцогине импонировало стремление вигов ослабить мощь Франции и таким образом обеспечить безопасность Англии и протестантской веры на века.