Книга Непристойные уроки любви, страница 81 – Амита Мюррей

При словах «все из себя расфуфыренные» Айвор невольно бросил взгляд на Лайлу. На ней было прелестное платье и кружевная накидка столь соблазнительного вида, что им овладело отчаянное желание слой за слоем стянуть с нее всю одежду, заполучить ее, чтобы глупые мальчишки вроде Генри Олстона не смели и пальцем ее коснуться. Неужели так обязательно смотреть на всех – на всех!– своими бездонными карими глазами? Смотреть с такой теплотой, с таким сочувствием, что никто не мог совладать с желанием утонуть в ее глазах? Самому Айвору в этом взгляде чудилась дерзкая независимость, но, бывало, и беззащитность. Он боролся с желанием снова притянуть ее к себе.

Ответить на вопрос Мэйзи он не успел: Лайла его опередила.

– Но что мы можем сделать? – тревожно спросила она. – У нас ничего нет. Никаких доказательств. Эта пуговица…

Она снова стала той Лайлой, которая отчаянно пыталась помочь Мэйзи и Сунилу, хотя Айвор готов был поклясться, что она забыла о них, когда танцевала с ним. Это он заставил ее забыть на время о несчастной паре, но если не проявить должной осторожности, Лайла заставит и его самого забыть обо всем.

– Ваш сводный брат тоже был в комнате, – сказал он, стряхнув морок.

– Да, – кивнула Лайла. – И слово Джонатана будет против нашего слова. Он мог потерять пуговицу, когда вошел вместе с остальными…

– Но ведь не было же такого! Как можно в такое верить?! – взбешенно прорычала Мэйзи.

Дело не в том, верят ли господа или нет, – примирительно заметил Сунил. – Дело в том, что об этом будут говорить в суде. Что лорд Беддингтон потерял пуговицу, когда вошел с остальными.

– А Тиффани – моя кузина – вряд ли скажет, что на нее напал Джонатан. – Айвор нахмурился.

– А сам Джонатан… – начала Лайла, но замолчала.

– В суде лорду Беддингтону достаточно будет сказать, что он видел меняв кабинете и что это я нападал на мисс Тристрам. Он – граф. Его слово весит больше, чем слова других. – Сунил виновато посмотрел на Айвора.

Тот покачал головой:

– Вы абсолютно правы, мистер Мета… Сунил. Боюсь, что так и есть. Титулованные особы могут с легкостью избежать наказания за совершенные преступления или же добиться помилования. Боюсь, слово Джонатана Марли будет весить в суде больше, чем наши слова.

– Надо что-то придумать! – воскликнула Лайла.

Разговаривая, они шли по аллее. Дошли до конца, развернулись и направились в противоположную сторону, сквозь туннель из деревьев и фонарей.

Вдруг, словно из ниоткуда, перед ними возникло облако соломенных кудрей.

– Айвор! Ах ты проказник! Не признался мне, что будешь здесь! Если бы я сказала об этом папе, то добилась бы разрешения на поездку куда как легче!

– Тифф… – удивленно произнес Айвор.

Он еще думал, как, собственно, представить кузину компании, как лицо Тиффани окаменело.

– Как?.. Что?.. Вы! – не сводя глаз с Сунила, пролепетала она. – Вы!

– Тифф, – начал Айвор, – послушай меня.

Но она не слушала. Застыв на месте, она смотрела на Сунила Мета.

Сунил снял свою темно-синюю полумаску и прямо взглянул в лицо Тиффани. Он казался спокойным и достойным доверия – если только Тиффани способна была это заметить.

Мэйзи неловко переминалась на месте, а Лайла тихо произнесла:

– Мисс Тристрам…

Но Тиффани даже не взглянула на Лайлу. И на Мэйзи. Она смотрела на Сунила. Затем она медленно повернулась к Айвору, словно видела его впервые. И прежде чем кто-либо из них успел что-то предпринять, побежала по аллее прочь.