Книга Кто хочет замуж за герцога?, страница 58 – Сабрина Джеффрис

Оливия подумала о Грее и Беатрис и спросила:

— А что, если я не считаю эту мечту неисполнимой? Ваш брат и невестка выглядят вполне счастливой парой.

— Им повезло, — отчего-то с горечью сказал он. — Но таких один на миллион. В остальных случаях любовь — не более чем иллюзия.

— Тем меньше поводов позволять себе делать то, что… все равно ни к чему не приведет.

— То, чем мы занимаемся, не обязательно должно нас куда-то вести. Нам просто должно доставлять удовольствие то, что мы делаем. Если мы будем встречаться здесь, в лаборатории, тайно…

— Я не боюсь, что нас «раскроют»! — Оливия мысленно призывала себя к спокойствию. — Насколько я понимаю, вы тоже этого не боитесь, ваша репутация говорит сама за себя. Но я, что бы вы там ни думали, не одна из ваших любовниц и не падшая женщина. Если я позволю вам находиться в моей лаборатории и отвлекать меня от работы, тогда я и есть та самая дура, которую вы пытаетесь из меня сделать в глазах вашего брата и его жены.

Торн провел рукой по волосам.

— Я не… Я не говорил…

— Я никогда не смогу получить такую прекрасную возможность протестировать свой метод на человеческих останках. Грей дает мне шанс войти в историю. Я не могу отплатить ему за это, обманув его доверие. И лишь потому, что воплощению своей мечты предпочлаукрадкой проводить тут время с вами.

«Каким бы удовольствием ни был наполнен каждый проведенный с вами миг», — подумала, но не сказала Оливия. И тут же постаралась вытряхнуть из головы опасные мысли. Он был подобен фосфору, ослепительно белому, заманчиво мерцающему, а она как обычный ничем не примечательный воздух. Но, соединяясь, фосфор и воздух превращаются в гремучую смесь, которая, вспыхнув, становится дымом, отравляющим все живое.

Торн смотрел на нее с интересом, словно заметил что-то, чего не замечал раньше.

— Так вот почему вы отказали мне тогда? Истинная причина вашего отказа состояла в том, что…

— Герцогиня послала меня за вами, — раздалось из дверного проема, и через мгновение там же появился лакей. — Скоро будут подавать ужин, и она подумала, что вы оба захотите переодеться.

Оливия густо покраснела, словно лакей мог прочитать ее мысли.

— Вы готовы пойти обратно? — спросил слуга, высоко подняв над головой фонарь.

— Да, — сказала Оливия.

— Мы оба готовы, — сказал Торн, и голос у него был надменно холодный, именно такой, каким, по ее представлению, должен говорить герцог со слугами.

С чего бы в нем произошла такая перемена? На него подействовала ее откровенная речь или он осознал, что зашел слишком далеко, и теперь пошел на попятную? Как бы там ни было, Оливия была рада уже тому, что избавлена от необходимости оставаться с ним наедине.

— Мне только потребуется еще минутка, чтобы кое-что сделать, — сказала Оливия, поспешив к очагу.

Она знала, что, скорее всего, фосфора под песком не осталось, но все же решила на всякий случай проверить, а заодно посмотреть, не осталось ли каких-то, пусть неявных, свидетельств того, что здесь происходило всего несколько минут назад. Все ли пуговицы застегнуты подобающим образом? Не растрепалась ли подозрительно прическа? Она не переживет стыда, если Грей и Беатрис догадаются, чем она тут занималась. Как хорошо, что лакей не пришел раньше!

Господи, даже думать об этом было невыносимо. Никто не примет ее всерьез как химика, если ее застигнут за… за этими глупостями. И уж конечно, ни один мужчина не захочет на ней жениться.