Онлайн книга «Последние невесты Романовых»
|
– Нам не позволяли сюда войти, а эти совершенно незнакомые дамы спокойно болтают возле Эллы? – прошептала возмущенная Аликс Виктории. – Теперь мы уже здесь. Улыбнись и сделай благодарный вид, – негромко ответила сестра. Единственный мужчина в комнате был миниатюрного роста, почти похожий на эльфа, облаченный в желтый жилет, белую рубашку и брюки в полоску, но без пиджака. Он стоял на невысокой табуретке, поправляя Элле прическу. Рядом с ним стояла тетя Минни, подавая ему булавки. – По обычаю, императрица должна сама coiffe[54]невесте члена царской семьи, – вполголоса объяснила Виктория. – Я полагаю, это равнозначно помочь парикмахеру в этом деле. Коротышка-парикмахер закрепил у Эллы на затылке последние пряди светло-каштановых волос и прокричал: «Les boucles, les boucles!»[55] Локоны? Какие еще локоны? Молодая женщина в серой униформе выбежала из угла, высоко над головой подняв две длинные пряди волос, по одной в каждой руке. Аликс вдруг показалось, что это – громадные сардельки, которые эта гувернантка собиралась бросить на раскаленную сковороду. Однако та остановилась с поднятыми руками рядом с парикмахером, который, быстро извлекая шпильки из протянутой ладони тети Минни, принялся закреплять сначала один локон, затем – другой, таким образом, чтобы они мягко легли по обе стороны обнаженной шеи Эллы. После этого он объявил: – C’est fini![56] – Ну что, теперь нам разрешено подойти? – нетерпеливо спросила Аликс у Виктории. – Подожди, остались еще драгоценности! – напомнила ей сестра. Тетя Минни аккуратно закрепила на ушах Эллы крупные бриллиантовые серьги в виде треугольников. Затем тетя Мария поднесла ей красную бархатную подушечку, на которой что-то ярко сверкало. Это «что-то» оказалось великолепным ожерельем из огромных бриллиантов, размерами напоминавшим детский нагрудник. – Эти бриллианты принадлежат российскому императорскому дому, – тихо пояснила Виктория. – Их носила сама Екатерина Великая, и теперь каждую невесту, вступающую в дом Романовых, облачают в них в день венчания. С другой бархатной подушечки, протянутой одной из присутствовавших дам семьи Романовых, тетя Минни взяла сияющую бриллиантовую диадему и осторожно возложила ее на голову Эллы, стараясь не нарушить прически. В наступившей тишине тетя Минни, тетя Мария и еще две дамы пересекли зал и вернулись, держа тяжелую, темно-красную бархатную мантию с длинным шлейфом, отделанную горностаевым мехом. Вчетвером они бережно укрыли ею плечи Эллы, после чего покрыли голову невесты тонкой кружевной фатой. Появился вновь парикмахер и, снова взобравшись на табурет, водрузил на голову Эллы золотую корону. Старшая сестра внимательно рассматривала свое отражение в зеркале. Что же сейчас испытывала Элла? Восторг? Счастье? Или же легкое смущение? Аликс больше не могла сдерживаться и порывисто бросилась вперед. Оказавшись слева от сестры и встретившись с ней взглядом в зеркале, она взволнованно воскликнула: – Мы так долго ждали, Элла! Мы видели все! Ты выглядишь… Она запнулась, не зная, как лучше выразить свои ощущения. Нежная, очаровательная Элла с короной и диадемой, в строгом платье, обильно расшитом серебром, с ниспадающими локонами, тяжелыми бриллиантами и величественным ожерельем, выглядела скорее растерянной и несколько подавленной. |