Книга Последние невесты Романовых, страница 159 – Клэр Макхью

Царевичу не терпелось, чтобы все поскорее началось. Однако когда январским вечером они наконец остались одни в доме № 18 по Английскому проспекту, Матильда обнаружила, что ее избранник находится не рядом с ней, а в кресле в дальнем углу. Он казался неуверенным, хотя обычно был энергичным, неутомимым и напористым.

– Иди сюда, – позвала его Матильда, похлопывая по дивану рядом с собой.

Он послушно пересек комнату и сел вблизи нее.

Она прижалась к нему и спросила:

– Помнишь ту волшебную ночь, когда ты похитил меня, посадил в свою тройку и повез через Красное Село на равнину, чтобы мы могли побыть одни под звездами?

– Как я могу забыть это?

– А помнишь ужин в «Кубатах», когда ты швырнул миску с икрой в лицо префекту полиции, защищая мою честь?

Он рассмеялся:

– Это было безрассудство с моей стороны.

– Но ты проявил такую галантность! – засмеялась она также в ответ.

– Пусть будет так! – ответил он и наконец наклонился для поцелуя.

Матильда положила руку ему на затылок, чтобы продлить поцелуй.

– Я – твоя душка? – спросила она, когда они оторвались друг от друга.

– Несомненно.

– Но пока еще не полностью.

С этими словами Матильда взяла царевича за обе руки и положила их себе на грудь, которую он раньше исследовал с большим удовольствием.

Однако на этот раз царевич лишь нервно засмеялся, убрал свои руки и вернулся на дальнее кресло.

– Что случилось, Николенька? Почему ты колеблешься?

– Я решил, что не могу быть у тебя первым.

Матильда была озадачена:

– Ты хочешь, чтобы я полюбила кого-то другого?

– Нет.

– Тогда перестань говорить ерунду! Разве мы раньше не представляли себе блаженство нашей любви?

– Я буду мучиться всю свою жизнь, если стану у тебя первым – только для того, чтобы затем бросить тебя.

– Ты намерен бросить меня? – спросила Матильда, улыбаясь.

– Рано или поздно мне придется это сделать.

– Пусть будущее само о себе позаботится! Но сейчас мы здесь, мы вместе!

– Нет, я так не могу!

Царевич встал, протянул по направлению к ней раскрытую ладонь, словно отталкивая ее, и поспешно вышел из комнаты.

* * *

Ее Николенька не был полностью откровенен с ней. Матильда чувствовала это – и это ее очень тревожило. В чем заключалась истинная причина его сдержанности? Может, у него была другая женщина? Это казалось маловероятным. В таком случае чем же можно было объяснить его поведение?

Ей пришло в голову, что великий князь Сергей Михайлович, двоюродный брат царевича, мог бы знать, в чем дело. Он регулярно приходил на балет в императорскую ложу и всегда смотрел на Матильду с тоской во взгляде. Он был похож на задыхающуюся от возбуждения комнатную собачку, благодарную за самую маленькую ласку. Он был готов рабски служить ей, хотя и знал, что она была искренне предана своему Николеньке. Однажды вечером, когда царевич не явился на ее выступление, Матильда пригласила великого князя Сергея Михайловича и двух других офицеров к себе в гости, в дом на Английском проспекте, на полуночный ужин с ней и ее сестрой Юлией.

Они с Юлей играли на пианино, пели, пили с гостями вино, и вскоре Матильда узнала правду. Оказывается, неделю назад на семейном ужине царь Александр III и Мария Федоровна сказали своему сыну, что если он все еще проявляет интерес к принцессе Гессенской Аликс, он может попытаться получить больше информации о ней.