Книга Письма из Пёрл-Харбора. Основано на реальных событиях, страница 120 – Анна Стюарт

– И ты с ней справляешься. Не бросила подругу, заботишься о ней, так?

– Конечно.

– Вот и хорошо.

Веки Лили дрогнули, и Жаклин повернулась к ней:

– Лилиноэ, дорогая, как ты?

Лили моргнула трижды, откашлялась.

– Держусь, спасибо, миссис Кокран.

– Зови меня Джеки, милая. Мы тут все равны. Я принесла вам кое-что.

Лили попыталась приподняться, и Джинни помогла ей. Они с любопытством смотрели, как Жаклин достала из сумочки коробочку. Внутри лежали две пары серебряных крыльев с гравировкой «W-1» – знак первого женского класса.

– Наши крылья, – выдохнула Лили.

– Заслуженные. Позволишь?

Жаклин указала на пижаму Лили, та кивнула. Джинни смотрела, как летчица аккуратно прикрепляет брошь. Лили сияла, трогая крылья пальцами, но Джинни видела лишь пропеллер самолета, падающего в штопоре.

– Вирджиния? – Жаклин повернулась к ней со второй брошью.

Джинни вскинула руки.

– Нет! Я не заслуживаю. Я больше не пилот.

– Чушь! – отрезала Жаклин. – Гарретт говорит, ты одна из лучших, кого он тренировал. А он не разбрасывается похвалой.

Джинни затаила дыхание.

– Он так сказал?

– Чистая правда. И передал вам обеим пожелания.

Лили легонько толкнула Джинни и кивнула.

– Я же говорила. Одна маленькая ошибка ничего не меняет.

– Тоже мне «маленькая ошибка»!

Лили подняла руки.

– Ладно, зануда, одна огромная ошибка.

Слезы подступили к глазам Джинни. Доброта Лили и Жаклин трогала, но не помогала. Что бы сказал Джек? Она знала ответ. В тот день, когда она чуть не разбилась с Уиллом, он сказал: «Я просил не делать глупостей». Но она сделала – огромную глупость, – и больше рисковать нельзя.

– Спасибо, Джеки, – тихо сказала она. – Это мило, что ты приехала. Я сохраню крылья, но носить не буду.

Жаклин долго смотрела на нее, затем передала брошь. Джинни повертела ее в пальцах, ощущая холод металла, и положила на столик у кровати Лили.

– Я не могу летать, – твердо сказала она. – Мы с Лили летаем вместе. Если она не может, то и я не буду.

Жаклин грустно кивнула, но Лили, взяв руку доктора Палакико, тихо сказала:

– Это мы еще посмотрим.

Пятница, 15 марта

Робин и Эшли смотрели друг на друга в мягком свете Сада мира.

– Бедная бабушка Джинни, – тихо сказала Робин. – Как же она, наверное, себя ненавидела.

Эшли кивнула.

– И понятно почему. Я хоть только свою жизнь разрушила, а не чью-то еще. Это было бы хуже.

Дверь сада распахнулась, и ввалился доктор Тайдсвелл.

– Рад, что вы еще здесь, дамы! Простите за опоздание.

Они удивленно уставились на него.

– Разве? – спросила Робин.

Он усмехнулся.

– Ну, у вас было увлекательное чтиво, чтобы не скучать.

– Увлекательное, но тяжелое, – вздохнула Эшли.

– Может, не самое приятное, но поразительное, – согласился он, садясь напротив. – Я знал доктора Фрэнка Палакико. Он был моим наставником, когда я пришел сюда. Замечательный врач – спокойный, добрый, знающий. Стал экспертом в протезировании, и в семидесятых его клиники были передовыми благодаря новым пластиковым технологиям. Работать с ним было захватывающе. И с Лилиноэ тоже.

– Вы знали ее? – ахнула Робин.

– О да. Она часто бывала в больнице. После войны стала медсестрой и работала ассистенткой Палакико до его пенсии.

– Ассистенткой? – разочарованно переспросила Эшли.

Доктор улыбнулся.

– Его ценной ассистенткой и женой. Они были отличной командой. Здесь есть лаборатория их имени – Палакико, по исследованию протезов. Могу показать, если хотите.