Книга Наденька, страница 72 – Мария Реутская

Надежда Федоровна держала в руке ночник. Тени прыгали по стенам, кружась в диком танце.

В ее душе было пусто, словно в высохшем колодце. Ей казалось, что она лишилась каких-либо человеческих чувств и превратилась в механическую куклу. Единственное, что еще оставалось в ней живого, – это отчаянная решимость пройти все до конца. Ею завладело какое-то зловещее ликование оттого, что минута, которой она так долго ждала и размышлениям о которой посвятила столько мучительных дней и бессонных ночей, настанет и прервет ее тоску.

Наконец их бесконечный путь кончился, и супруги вошли в спальню. Надежда Федоровна поставила ночник на бюро. В полумраке спальни ее бледное измученное лицо особенно поразило Антона Ильича. Он невольно отвернулся от жены, словно охваченный предчувствием. Князь тяжело вздохнул и сел в кресло. Он ждал.

Княгиня молчала.

– Эта спешка… – неуверенно начал Антон Ильич, исподлобья глядя на жену. – Милая моя, мы могли бы отложить разговор до завтра? Я очень устал, ты знаешь…

Княгиня вздрогнула, услышав голос мужа. Она забылась на секунду.

Что она скажет ему? Она так долго готовилась к разговору, подбирала нужные слова, которые могли хоть как-нибудь оправдать ее. Но теперь она ничего не помнила и не понимала, она не знала, как ей быть и нужно ли подслащивать горькую пилюлю правды. Все равно от этого ни ей, ни ему не станет легче.

– Нет, – княгиня отрицательно покачала головой, не смея взглянуть мужу в глаза.

Она снова замолкла. Ее руки дрожали. Страх сковал все ее существо. Ей казалось, будто в ее руках револьвер и она держит палец на спусковом крючке, но никак не решается выстрелить.

– Ты, наверное, слышала мой разговор с Митей… с Дмитрием Сергеевичем, – неуверенно продолжал князь, чувствуя себя виноватым. Ему казалось, что причина столь странного поведения жены заключалась именно в нем. – Мне опять придется уехать… Получается, что я обманул твои ожидания. – Он печально улыбнулся. – Но поверь, Наденька, если бы все не было настолько серьезно, я бы никогда не нарушил своего обещания…

Антон Ильич встал и подошел к жене, обнимая ее плечи.

– Наденька! Простите меня… – говорил он ей. – Я не знал, что вы так расстроитесь. Я бы никогда…

– Наверное, так будет лучше, – перебила его княгиня, словно не слыша слов мужа.

– О чем вы, mon ange^[21]? – спросил ее князь.

– Я беременна… – еле слышно прошептала она. Ее голос звучал неестественно глухо, но ему показалось, что она кричит.

– Что вы говорите?.. – Антон Ильич отпустил ее и тупо уставился на свои руки. Его прошиб холодный пот.

– Я жду ребенка, – повторила Надежда Федоровна так, словно ей доставляло удовольствие причинять ему боль.

Она повернулась лицом к мужу, вскинув голову. Она хотела заглянуть ему в глаза, но не посмела. Ее взгляд блуждал по комнате.

– И, как вы понимаете, это не ваш ребенок, – почти с усмешкой продолжала она, пряча глаза.

Князь обвел комнату мутным взглядом. Он схватился за ручку кресла, чтобы не потерять равновесие. Секунда – и весь его мир рушился, превращаясь в прах. Силы медленно оставляли его.

– Вы не могли не знать… Могли бы догадаться… – вдруг с яростью набросилась она на мужа. – Почему… Ну почему? – она разразилась истерическими рыданиями.

Она знала, что было бессмысленно и нелепо обвинять мужа в своем падении. Но она не могла оставаться единственным виновником своей погибели.