Книга Наденька, страница 7 – Мария Реутская

Шувалов скрылся в полумраке комнаты, чтобы сестра не сразу заметила его. Так у графа было время оценить ситуацию.

Юная графиня Надежда Федоровна Шувалова вошла в покои отца и, устало улыбнувшись, нежно обняла его.

– Ах, папа, – грустно вздохнула она, усаживаясь подле старого графа. – Я была у княгини… – девушка покачала головой. – Она предложила мне место компаньонки. Представляете? Все бесполезно, все отвернулись от нас. Но почему вы улыбаетесь? – графиня обратила внимание на сияющее лицо отца только теперь.

– У нас радость! – воскликнул он. – Твой брат Николенька наконец приехал!

Шувалов увидел, как изменилось лицо сестры. Она резко встала, оглянулась и, заметив брата, одарила его взглядом, полным презрения.

– Наденька, Надя… я так рад! – воскликнул граф и, воспользовавшись замешательством сестры, хотел обнять ее, но она демонстративно отстранилась.

– Вот как, – едко усмехнулась она, с трудом приходя в себя после неожиданной и во всех отношениях неприятной встречи. – Николай Федорович решил почтить нас своим присутствием и даже лично посетил нашу скромную обитель. Похвально!

– Что ты такое говоришь?! – вмешался старый граф. – Николенька, не обращай внимания. Наденька сильно устала с дороги, переутомилась… и теперь бог знает что говорит.

– Рара,я в самом деле устала, – холодно оборвала отца юная графиня, – но и отдохнув, боюсь, повторю то же самое.

– Наденька, Николай… – старый граф растерянно переводил взгляд с дочери на сына.

– Не стоит, отец, – глухо проговорил Николай Федорович, – не стоит перебивать сестру. У нее много накопилось на душе. Ей нужно выговориться.

– Выговориться?! – взбешенно прокричала девушка. Ее щеки порозовели от возмущения. – Если вы готовы, то я могу говорить долго, но боюсь, что светского разговора у нас с вами не получится!

– Я понимаю ваши чувства и… – начал граф.

– Понимаете? – нетерпеливо перебила его сестра. – Вы подлое, низкое существо! Вы недостойны и мизинца нашего отца… Вы… Вы…

– Наденька! – старый граф встал между детьми.

– Подождите, рара! – спокойно отвечал молодой граф. – Мне все-таки интересно узнать, что обо мне думает ваша дочь!

– Твоя сестра… – жалобно протянул Федор Савельевич.

– Надежда Федоровна многое пережила, – словно не слыша отца, увлеченно продолжал Шувалов, – и, очевидно, во всех своих несчастьях она привыкла винить меня.

– Вы правы, – Наденька презрительно усмехнулась. – Но раз вы знаете это, то зачем же приехали?

– Уж поверьте, милая моя сестра, что не ради вас! – раздраженно отвечал Николай Федорович. – Я приехал к отцу.

– К отцу? – графиня мрачно рассмеялась. – А где вы были раньше, когда мы остались совершенно одни, без помощи, без поддержки?

– Прежде чем вы обвините меня во всех смертных грехах, я должен напомнить вам, что именно я оплачивал все ваши расходы! – Николай Федорович с трудом сдерживал раздражение. – И вы не стали нищими только благодаря мне.

– О чем вы? – глаза графини наполнились слезами отчаяния. – Мы и так нищие! – Графиня Шувалова с трудом перевела дыхание. – Вы так говорите, словно исправно платили в казну, – упавшим голосом проговорила она. – Но вы не обязаны помогать нам! Никто не просил вас об этом!

– Наденька! – старый граф впервые повысил голос.

– Но отец, – возбужденно прокричала графиня, – не я начала этот разговор. Ты ведь все прекрасно понимаешь и, более того, знаешь, что этот человек не может быть больше моим братом. И я…