Книга Наденька, страница 40 – Мария Реутская

Теперь он не казался Наденьке таким уж смешным.

Лопухов посмотрел на нее, и они встретились взглядами. Наденька опустила глаза, щеки загорелись румянцем.

– Моя сестра – Надежда Федоровна Шувалова. – Николай подвел графиню к гостю. Антон Ильич осторожно взял ее руку, будто то была величайшая ценность, и, склонившись, еле коснулся ее губами.

– Я уже имел честь познакомиться с графиней, – улыбнулся он, отпуская руку Наденьки.

Николай Федорович проводил сестру и своего гостя в столовую, где перед ними предстал сказочный стол, уставленный всевозможными блюдами и дорогими французскими винами. Шувалов не поскупился.

Наденька почти ничего не ела. Она чувствовала на себе пристальный взгляд гостя, и ей становилось особенно неловко, когда, поднимая голову, она встречалась с ним глазами.

За ужином говорил в основном Николай. Лопухов лишь кивал в ответ, изредка и с явной неохотой отвечая на вопросы графа.

Когда ужин закончился, Николай Федорович предложил своему гостю пройти в гостиную. Мужчины все больше говорили о политике, о реформах Александра II и о недовольстве дворянства. Они обсуждали военную реформу, достоинства и недостатки отмены крепостного права. Николай был склонен считать, что нововведения пагубно повлияют на устройство государства и в трудные времена император вряд ли найдет союзников среди представителей высшего сословия. Его волновала враждебность народа, и он выразил опасения относительно того, что очередное покушение на императора может оказаться удачным.

Наденька пыталась делать вид, что заинтересована темой разговора, хотя в душе испытывала невыносимую скуку. Политические дела России теперь волновали ее меньше всего.

Антон Ильич покинул особняк Шуваловых в двенадцатом часу. Наденьке вечер показался слишком длинным и скучным. Она чувствовала себя ужасно уставшей.

Николай Федорович сидел в кресле, покуривая сигару и довольно ухмыляясь.

– Вот видите, дорогой брат, – грустно усмехнулась она, вздыхая, – ваш приятель вовсе не обращал на меня внимания.

Николай Федорович вдруг начал громко и заразительно смеяться. Наденька с удивлением и некоторым раздражением посмотрела на него.

– Я вижу, дорогая сестра, – смеясь, отвечал он, – что он от вас без ума. В течение всего вечера он не сводил с вас глаз. – Наденька покраснела. Безусловно, ей было приятно осознавать то, что она производит впечатление на мужчин. – Ну а вам как показался Антон Ильич? – спросил Шувалов, исподлобья посмотрев на сестру.

– Пусть мои чувства вас не волнуют, – холодно и неожиданно резко отвечала графиня, поднимаясь с кресла с намерением покинуть брата.

Вопрос задел ее. В самом деле, что она может чувствовать к человеку, за которого собирается замуж только потому, что иного выхода нет?

Наденька поднялась к себе в комнату и легла, но долго не могла уснуть. Она вспоминала Лопухова, каждую мелочь, связанную с ним: его голос, холодную улыбку, черты лица, мелкие морщинки вокруг светло-серых глаз, походку, манеры. Он был симпатичен ей. Однако полюбить его она не могла. Ее сердце принадлежало другому человеку, и Наденька ясно понимала это.

Вместе с тем во взгляде Лопухова было что-то, что настораживало и даже пугало ее.

Будто он видит ее насквозь и читает все ее мысли. Она понимала, что это было невозможно, но все же… За всю свою жизнь она еще не встречала таких людей. Наденька чувствовала, что он совсем не похож на других мужчин. Она смогла бы лгать генералу, барону, да кому угодно, но ему… Он же все знает!