Книга Наденька, страница 18 – Мария Реутская

– Я не совсем понимаю… – Федор Савельевич растерянно огляделся вокруг.

– Все просто, – отвечал молодой граф. – Наденька должна ехать со мной в Петербург.

– Петербург? – Это слово взывало к его памяти, так что он невольно вздрогнул.

– Да, – Шувалов кивнул. – Вы должны поговорить с ней. И чем скорее – тем лучше. У меня очень мало времени. Я хотел бы уехать завтра.

– Завтра? – глухо проговорил старый граф, мрачнея.

Николай Федорович побледнел. Он не должен был говорить этого отцу. Он совершил непростительную ошибку, промах, грозящий еще одной неудачей.

– Но, отец, вы же знаете, как много у меня дел, – попытался оправдаться он. – Тем более, я уверен, Надя вряд ли захочет оставить вас надолго. И помните, что я делаю это для ее же блага.

– Да, да, – при упоминании дочери лицо старого графа снова озарилось.

Шувалов посмотрел на отца.

– Я буду ждать вас обоих с большим нетерпением, – улыбнулся Федор Савельевич своей мягкой нерешительной улыбкой. – Тогда мы будем все вместе – ты, я, Наденька, твоя жена и мой внучок.

Шувалов вздохнул с облегчением.

«Если родной отец не сможет уговорить ее, – подумал он, – то сам черт не сделает этого».

* * *

Наденька трогательно ухаживала за престарелым отцом. Она любила обкладывать его маленькими узорчатыми подушками, укутывать ноги теплым пледом из английской шерсти. Затем она устраивалась подле него на небольшом пуфе и опускала голову ему на колени, а он гладил ее шелковые волосы, по-детски улыбаясь ее доброте и довольствуясь этим счастьем.

Вот и теперь она, как раньше, прижалась к нему, пытаясь найти рядом с ним защиту от собственных мрачных мыслей.

– Я хотел поговорить с тобой, Наденька, – тихо сказал старый граф, продолжая обнимать дочь.

– Что-то случилось, papa? – спросила она, поднимая голову.

Федор Савельевич долго подбирал слова, гладя дочь по голове. Его рука случайно коснулась гребешка из слоновой кости, на котором сапфирами был выложен узор в виде распускающихся фиалок.

– Какая красота! – искренне восхитился граф. – Я не видел этого гребня раньше.

– Это подарок. – Наденька грустно улыбнулась своим мыслям. – Помните, Андрей Воронихин…

Она посмотрела на отца и встретила его тревожный взгляд.

– Я хотел поговорить с тобой о Николае, – продолжил старый граф после небольшой паузы, взяв руку дочери в свои ладони. – Я понимаю, что у тебя есть основания обижаться на него, но я прошу тебя всегда помнить о том, сколько он для нас сделал.

– Ах, papa! – Наденька тяжело вздохнула, словно вспомнила о неприятной обязанности. – Я знаю. Знаю!

– Тем более, – невозмутимо продолжал ее отец. – Отказываясь от его помощи, ты не только обижаешь его, но и лишаешь возможности порадоваться твоему счастью меня.

– О чем ты? – Наденька нахмурилась.

– Я говорю о предложении твоего брата поехать в Петербург. Ведь только там настоящая жизнь!

– Но, отец… – осеклась графиня. – Как же я могу оставить вас?

– Обо мне можешь не беспокоиться, – возразил старый граф дочери. – К тому же ты ведь уедешь ненадолго. Что может случиться за это время? Тем более рядом будет Полина, она позаботится обо мне. Или ты отказываешься от предложения брата по какой-то иной причине?

– Нет-нет, – торопливо возразила отцу Наденька.

– Тогда почему? – настаивал старый граф.

Но как она могла рассказать отцу о том ужасном и недостойном предложении, которое ей сделал брат?