Книга Наденька, страница 14 – Мария Реутская

– Мне это удалось, – оглянувшись, Шувалов пристально посмотрел на сестру.

– Вы – совсем другое дело, – возразила она.

– Почему же? – он пожал плечами. – Я ношу ту же фамилию, что и вы.

– Вы другой, – ответила Наденька. – Вы совсем не похожи на нас.

– Вы правы, графиня, – согласился Шувалов. – Но что вам мешает измениться?

Наденька в испуге посмотрела на брата.

– О чем вы?

– Все еще можно изменить, – проговорил он. – Этот старый дом, эта усадьба… Наденька, вы достойны большего.

– О чем вы? Что вы такое говорите? – смущенно проговорила она.

– Я говорю о возможности вашего возвращения.

Его слова оглушили ее. От волнения у нее перехватило дыхание.

– Но это невозможно… Невозможно!

– Зачем мне обманывать вас, давая пустую надежду? – Шувалов пожал плечами.

– Я не знаю. – Щеки графини пылали, а мысли были далеко. – Но как? После стольких лет? Нет. То, о чем вы говорите, невозможно!

– Именно. После стольких лет забвения в ваших силах изменить свою собственную судьбу… Да что там… Судьбы всех нас! Вырваться из плена этих истлевших стен, забыть об унижениях! Я сам – конченый человек. Но вы, Наденька, вы молоды, красивы. Вы не должны жертвовать собой из-за пресловутой гордости. Если вы хотите добиться чего-то, нужно бороться за свое право стать кем-то в этой жизни.

Его глаза снова блестели. Казалось, охватившее его воодушевление вернуло ему жажду жизни.

– Я не знаю… – Она пребывала в полной растерянности. – Я должна подумать…

Николай Федорович тяжело вздохнул.

– Вы правы, Nadine,– согласился он. – В таком деле нельзя принимать поспешных решений. Взвесьте хорошенько все за и против. Однако помните, что стоит на кону…

– Хорошо, – девушка чуть заметно кивнула. – Я обещаю обо всем подумать.

Шувалову хотелось как можно быстрее покинуть отчий дом. Он боялся, что что-то может сорваться. Молодой граф видел, как сестра избегает его, не решаясь заговорить с ним о предмете, занимавшем все его мысли. Это настораживало и заставляло нервничать.

Наконец Николай Федорович решил покончить с неопределенностью.

– Nadine,– окликнул он графиню, которая в очередной раз пыталась избежать его общества. – Глупо, в конце концов, прятаться от меня! Не малодушничайте!

Графиня медленно подняла глаза на брата и застыла в нерешительности. Граф нетерпеливо передернул плечами.

– Я много думала о вашем предложении, – несмело начала она.

– И… – нетерпеливо продолжил Николай Федорович, чувствуя растущее беспокойство.

– И поняла, что не могу поступить так эгоистично, как в свое время поступили вы, – уже более уверенно продолжила графиня. – Тем более вы мужчина, у вас больше свобод.

Его сердце упало.

– Мои доводы должны быть вам ясны, – продолжала Наденька, тяжело вздыхая. – И дело здесь вовсе не в наших с вами отношениях. О, если бы вы знали, как я мечтаю о Петербурге! Но отец – я не могу оставить его. Вы поставили меня перед выбором, но для меня он очевиден. Я прошу вас больше не говорить со мной. Не смущайте меня! Если это возможно, я хотела бы, чтобы вы как можно быстрее оставили нас. Вы навестили отца, исполнили свой сыновний долг. Больше вас ничто не должно держать здесь. Поймите, это слишком больно – мечтать о несбыточном и жить в нищете.

Она опустила голову, отвернувшись от брата.

Шувалов дослушал сестру молча.