Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 97 – Слава Доронина

— «Буду трахать тебя, что ноги свести не можешь» — так в романах обычно пишут. Не думала, что в жизни так же… — отвожу глаза от его члена и опять лепечу какие-то глупости, но это все, что остается, потому что ситуация патовая. Еще и ноги не слушаются, отказываются вставать, стою, как дура, на коленях перед «щедростью».

— Типа затрахал так, что ноги разъезжаются и не держат? — во весь рот улыбается, и ему явно нравится моя позиция и слова.

«Мишель, очнись», — уже требую я. Потому что мы с Мишей как две пришибленные. Скорее — отбитые. Не думаем, что творим. Нужен кто-то разумный.

Оттраханная, — удовлетворенно поправляет Миша. — Да.

Я даже не пытаюсь подняться, чтобы ситуация еще нелепее не выглядела. Просто сижу и смотрю на Демьяна, задрав лицо.

— Мне нравится ход твоих мыслей. И реакции тела тоже, — низко произносит он, и его член, и без того внушительного размера, будто еще больше становится прямо на моих глазах.

«Щедрость» склоняется, подхватывает меня на руки, словно я легкое перышко.

— Романами, значит, зачитываешься, — звучит его голос рядом с виском, после чего следует короткий поцелуй.

Он прижимает к себе так бережно, что в груди щемить начинает. А еще он горячий, как печка. И я безумно хочу, чтобы все повторилось. Только вот дискомфорт между ног уж очень ощутимый, по новой испытать эту наполненность и весь калейдоскоп эмоций чревато выходом из строя.

— Иногда. Мозг разгружаю в промежутках между учебой.

— И что там? С подробностями пишут или так себе?

— Авторы все приукрашивали.

Страшно даже подумать тогда, что с родами… но это вслух я не озвучиваю.

Вцепляюсь в его шею, чувствуя, как играют мышцы, и меня накрывает новая волна дрожи. Прямо в руках «щедрости».

Я вообще не понимаю, как это возможно — между ног ноет, а я хочу его, хочу снова, хотя знаю, что это будет слишком.

Демьян заносит меня в ванную. Ставит на ноги, но я опять едва не падаю.

— Да ладно, ты серьезно, Миш?

Киваю, закусив губу. Ноги похожи на желе.

Он обнимает одной рукой, второй открывает воду, проверяет ладонью. Толкает к кафелю, я упираюсь плечами в стену. Такой контраст! Новая волна дрожи проходит по телу.

Демьян берет гель, губку. Проводит по плечам, шее, груди. Пальцы касаются сосков и у меня ощущение, что по мне снова пускают ток. Кровь приливает к лицу, к щекам, а внутри опять пульсирует желание.

Закрываю глаза со сбившимся дыханием и захлёбываюсь от новой волны чувств, потому что Демьян наклоняется, целует плечо, шею, потом губы. Медленно, настойчиво, с такой нежностью, что у меня внутри все опять плавится.

Он смывает пену, проводит ладоньюпо животу, останавливая ее на лобке, ныряет между ног — осторожно, почти невесомо. А я вспоминаю, как он выбивался несколько минут назад. Словно не мог себя сдерживать. А может, так оно и было.

— Миш, — шепчет он. — Посмотри на меня.

Зажмуриваюсь сильнее. Потому что если открою глаза, то он увидит все-все, что сейчас происходит у меня внутри. Слишком уязвимо. Я все думала, что значит влюбиться. И вот теперь, кажется, начинаю понимать.

«Щедрость» прижимает к себе, член упирается мне в бедро. Голова снова кружится: я знаю, что не могу сейчас заняться с ним сексом, но каждая клетка трепещет от предвкушения и желания.

Вода шумит где-то рядом, а я только слышу его дыхание. Между ног по-прежнему дискомфорт, но вместе с этим проснулось что-то новое — жадное, ненасытное. Капельку бесстыдное. С этой своей стороной я совсем не знакома. Она даже немного меня пугает.