Книга Зорге. Последний полет «Рамзая», страница 24 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

Танака был начальником требовательным и суровым. Ноу и Шин подчинялись ему и обязаны были неукоснительно выполнять его приказы, донося на тех, на кого он укажет. Так началась новая жизнь для двух деревенских парней, которые приехали в столицу за счастьем. Их поселили на окраине города в тесной каморке, в районе, где обитали всякие сомнительные элементы из числа простых трудяг, мелких воров, бежавших из деревень крестьян и прочих. Вскоре Танака приказал им устроиться рабочими на завод, где бедный измученный люд гнул спину. Ноу и Шин должны были следить за настроениями трудящихся и доносить на них в полицию. Гадкая была работа. Но когда об этом заикнулся другу Ноу, тот резко оборвал разговор: «Если захотел назад в тюрьму, меня за собой не тяни». Конечно, здесь было полегче, чем за решеткой, но так же противно на душе. После того этих двоих перебросили следить за студентами. А впоследствии, когда они набрались опыта, переключили следить за иностранцами.

Танака любил свою работу и даже относился к ней, как ему казалось, творчески. Во дворе госпиталя он передал своим агентам начерканный на бумаге номер телефона дежурной сестры отделения, где лежал Зорге. Она также сотрудничала с политической охранкой и была предупреждена, что с ней будут выходить на связь, по необходимости, агенты наружного наблюдения. Кодовые слова – «здоровье дядюшки», в ответе должен был содержаться вопрос: «Что ему передать?» Если кто-то приходил к Зорге или интересовался его состоянием в отделении, сестра должна была сразу сообщить об этом в участок. При этом назвать номер, цвет и марку автомобиля, на котором приезжал посетитель. Эти данные ей должны были сообщить агенты наружного наблюдения Ноу и Шин, позвонив на этаж, после обмена паролем и отзывом.

Подъехав к участку, Танака вышел из машины и, резко хлопнув дверью, направился к себе в кабинет. Повесив шляпу на вешалку, он прошел к письменному столу и уселся в любимое кресло. В этот момент, словно вспомнив о своем существовании, на столе зазвонил черный телефон. На другом конце провода была дежурная сестра из госпиталя. Она сообщила, что их отделение посетил немецкий коммерсант Макс Клаузен. Он зашел в кабинет к лечащему врачу, пробыл там пять минут и уехал за рулем автомобиля, она назвала номерной знак и марку машины, которые ей продиктовали агенты «наружки». Дежурная также сказала, что, проходя мимо и задержавшись на минутку у двери доктора, услышала, что Клаузен благодарил его и Зорге за помощь и интересовался здоровьем последнего.

Танака положил трубку и, немного подумав, решил заняться этим немецким коммерсантом. Он читал составленные отчеты и протоколы аварии журналиста Зорге, а также показания доктора о посетителях. На вопрос дознавателей он довольно путано объяснял причину, по которой Клаузен прибыл в больницу по вызову Зорге. Почему именно он? Фирма, договоры, контракты… Со всем этим необходимо разобраться и проверить на достоверность. До мелочей.

Клаузен, словно предчувствуя, что полиция на достигнутом не остановится, решил приехать в госпиталь, для того чтобы встретиться с лечащим врачом. Ему необходимо было укрепить свое положение на случай, если у кого-то возникнет желание глубже копнуть вопрос: почему не коллегу из журналистского цеха или представителя германского посольства вызвал Зорге сразу после аварии, а его? Потому что повод для этого был. Это главный аргумент, который должен стоять, как гора, незыблемо. Копировальная компания Макса, которая в последнее время находилась на грани банкротства и вот-вот должна была рухнуть, похоронив под руинами его деловую репутацию, – этого допустить было нельзя ни при каких обстоятельствах. Ведь он был известен как успешный коммерсант. На этом держалась его легенда. Но как выйти из такого положения? Зорге решил использовать связи Одзаки в японском правительстве и свои в Берлине, а также подключить известных ему коммерсантов, чтобы наладить новое дело для Клаузена. Прежде необходимо было ликвидировать существующее предприятие и открыть фирму с новыми возможностями, исходя из потребностей японского рынка производственных услуг. Пришлось разработать проект, закупить современное полиграфическое оборудование из Германии. Средства выделила советская разведка по обводным каналам после того, как Зорге сообщил о бедственном положении радиста Клаузена. Станки смонтировали в старой японской типографии, которую приобрели с помощью Одзаки.