Книга Зорге. Последний полет «Рамзая», страница 11 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– Ждут слабые. Нужно их подтолкнуть к этому. Дипломатическим путем, – уточнил Риббентроп.

И задал еще один вопрос:

– Известно ли вам о намерении японских властей изгнать все иностранные государства из Китая, в том числе и Германию, а также о стремлении японских монополий взять под свой контроль все промышленные отрасли?

– Я немедленно по приезде свяжусь по своим каналам с дипломатическими представителями, находящимися в Китае, выясню и доложу.

Отт с докладом в кабинете рейхсминистра пробыл тридцать пять с небольшим минут.

– Мы надеемся на вас, господин посол, на ваши знания, умение вести дела и преданность общему делу и фюреру, – завершил разговор фон Риббентроп. Было видно, что он удовлетворен встречей.

Отт кивнул, вскинул руку в нацистском приветствии, повернулся кругом и покинул обставленный старинной мебелью, обвешанный картинами в тяжелых рамах и гобеленами до потолка высокий кабинет рейхсминистра.

Отт был уверен в себе и готов выполнить любой приказ высшего начальства точно и в срок. По прибытии в Токио он оперативно организует проверку сведений и подтвердит рейхсминистру информацию о злонамеренных помыслах японцев. Фон Риббентроп предъявит японскому послу в Берлине претензии и прервет переговоры по заключению военного союза между Германией и Японией.

Но это будет еще впереди. Пока же, спускаясь по ступеням Министерства иностранных дел на Вильгельмштрассе, Отт поглубже вдохнул берлинского воздуха, и ему вспомнился прием в рейхсканцелярии, в кабинете фюрера. Тогда новый, с иголочки, посол представился вождю, и тот лично прикрепил к его генеральскому мундиру нацистский партийный значок и пожал руку как своему верному солдату на передовой дипломатического фронта. Отт был благодарен судьбе. Он не знал всего закулисья своего возвышения и всецело полагал, что стремительный карьерный рост связан с его ревностным отношением к служебному долгу и способностями, которыми безусловно обладал. И еще, как он слышал краем уха, если к этому и приложили руку главнокомандующий немецкой армией Браухич и начальник штаба верховного главнокомандования Кейтель, то это объяснялось только тем, что армейскому руководству требовался высококвалифицированный и верный человек, владеющий ситуацией в Юго-Восточной Азии, каковым им виделся генерал Отт. Это также не умаляло его, Отта, достоинств, и не только в собственных глазах. Судьба благоволила Отту еще в начале карьеры, спасая от многих жизненных перипетий в лице генерала фон Шлейхера. Отт, являясь его адъютантом и доверенным лицом, после того как шеф стал на короткое время канцлером Германии в 1932 году, по его же поручению уехал в Веймар, на встречу с Гитлером, чтобы уговорить последнего занять пост вице-канцлера в новом кабинете. И получил решительный отказ. Это был удар. Через пару месяцев, когда Шлейхер был смещен и на место канцлера Германии вознесся Гитлер, Шлейхер не оставил верного ему офицера на съедение волкам и напоследок поспособствовал тому, что грамотный и волевой офицер был направлен военным стажером в германское представительство в Японии. Тут уже сам Отт развернул кипучую деятельность, щедро осыпая Берлин ценными отчетами, что было замечено, и его повысили в должности. Став вскоре военным атташе, Отт стремился обзавестись полезными связями, протягивая руку талантливым и способным людям. Вскоре судьба преподнесла новый подарок, когда по совету супруги Хельмы он обратил внимание на бойкого и эрудированного журналиста Зорге, имевшего кроме всех своих плюсов репутацию преданного делу нациста и глубокого аналитика. Отчеты Отта в Берлин окрасились не только знаниями по военным вопросам, но и аналитикой политико-экономической ситуации в Юго-Восточной Азии. На Отта обратили внимание как армейская верхушка рейха, так и серьезные люди среди однопартийцев фюрера. Более того, его включили в число кандидатов на замещение должности Чрезвычайного и Полномочного посла на случай возникновения вакансии.