Книга Огоньки на воде, страница 112 – Тесса Морис-Судзуки

Едва сдерживая дрожь в голосе, она назвала свое имя полицейскому на стойке регистрации и объяснила, что у нее есть дополнительные сведения по делу об убийстве Токо Касуми. Мужчина озадаченно посмотрел на нее и отправился за своим начальником. Элли ожидала увидеть полицейского средних лет, который их допрашивал, или толстого старшего констебля Миту. Но человека, который вышел из внутреннего кабинета и провел ее в комнату для бесед, она никогда раньше не видела. Довольно симпатичный мужчина с золотым передним зубом. Комната, куда ее провели, тоже ее удивила. Удобные кресла, даже небольшая ваза с искусственными цветами на столе – видимо, поняла Элли, здесь беседуют с семьями жертв и полезными свидетелями, а не допрашивают подозреваемых.

Полицейский сел в кресло напротив Элли и, не дожидаясь, пока она заговорит, с улыбкой наклонился к ней.

– Миссис Раскин, – сказал он нараспев, будто сомневался, хорошо ли она понимает его слова. – Могу представить, как сильно вы обеспокоены убийством Токо Касуми. Мы очень ценим помощь, которую вы и ваш муж нам оказали. Мы собирались сами связаться с вами и предоставить вам дополнительные сведения о нашем расследовании, но просто ждали, когда отчет по этому делу будет завершен. Мне очень жаль, если долгое ожидание заставило вас и вашего мужа нервничать.

– Ничего страшного, – ответила Элли, пораженная его заботой.

– Наш отчет еще не готов, – продолжал полицейский, – но могу с уверенностью сказать: человек, о котором вы нам сообщили, действительно оказался убийцей. Это следовало из его же слов. Но, увы, прежде чем предъявить ему официальное обвинение, мы были вынуждены отпустить его за отсутствием улик, а повторно арестовать не смогли – он скрылся. Но, – поспешно продолжил он, – пожалуйста, не пугайтесь этого. Хочу вас заверить – вам абсолютно ничего не угрожает. Расследование еще не завершено, но в частном порядке могу твердо сказать – этот молодой человек покончил с собой в тот же день, как был нами отпущен. Возможно, он раскаялся в своих преступлениях, возможно, просто испугался встречи с правосудием. Теперь мы этого уже не узнаем.

Элли замолчала, вспомнив их встречу в книжном магазине «Лотос». И потом, на улице у дома Виды – парень сидел, уставившись в пустоту, а рядом лежала синяя сумка. Это сейчас она знает, что в ней находился ребенок. Она могла с ним поговорить, но не стала. Что бы он ей сказал? Она хотела спросить у полицейского, как звали молодого человека, но решила, что вряд ли это уместно.

– Вы хотели узнать что-то еще? – терпеливо спросил полицейский.

– Ну… Вообще-то я хотела кое-чем с вами поделиться, но, наверное, это уже не имеет значения. Речь идет о фотографиях…

– О фотографиях?

– Да, которые Вида – мисс Токо – передала моему мужу, он во время беседы отдал их вам. Мне кажется, одного из мужчин на этих снимках я узнала, но в свете того, что вы мне рассказали, это вряд ли имеет значение.

Полицейский сконфузился.

– Минуточку, миссис Раскин, сейчас, – сказал он.

Он вышел из комнаты, а Элли осталась ждать, поглядывая на свои часики и изучая искусственные цветы, наверное, гортензии, довольно грубо сделанные из голубого шелка, который потерял цвет и превращался в серый. «Возможно, он раскаялся в своих преступлениях», – сказал полицейский. Во множественном числе. Неужели они думают, что молодой человек похитил или даже убил и ребенка? Она была совершенно сбита с толку. Но, по крайней мере, о ребенке речь не заходила, никаких неловких вопросов не было.