Онлайн книга «Иранская турбулентность»
|
«Бакинец вышел на связь. Без осложнений. В случае с торговцем (так они обозначили Томсона) стоит продолжать. С осмотрительностью, продумывая каждый шаг. Присутствие торгпреда не снижает опасности провокации. Интерес все же наибольший представляете вы. Он очевидно вел запись разговора, для этого вывел вас во двор. Довольно прямолинейное его поведение сводит вероятность, что это искомый объект, к нулю». * * * Изумрудные газоны окаймляли ипподром. В центре — живописные водоемы. И еще множество конкурных площадок. При дефиците воды в пустынных районах ОАЭ газоны питались от подземной системы полива, от канализационных сточных вод. Трибуны для зрителей с навесами, VIP-ложа с прохладным кондиционированным микроклиматом. Шейх со свитой в белых дишдашах и накидках из тончайших дорогих тканей, в гутрах, белых и клетчатых, красно-белых. Местные женщины были закутаны привычно с головы до ног. Гостьи конного праздника из Европы и США одеты по-светски. Супруга торгпреда, женщина немолодая, в фиолетовой шляпке с вуалью выглядела нелепо, хотя храбрилась и вела себя довольно естественно, оказавшись в столь гламурной обстановке. Женщины в бриллиантах и золоте, столы с невероятными арабскими яствами, почерневшее бархатное небо над Абу-Даби, ароматы еды, свежескошенной сочной травы на газонах, кони, как из сказки, с длинными тонкими ногами, с легкими жокеями в шелковых разноцветных курточках, парусивших, когда они неслись, сломя голову, освещенные прожекторами. Томсон в самом деле познакомил торгпреда с влиятельными людьми. С некоторыми из них тот даже, не теряя времени, уединялся в подтрибунных помещениях, где были оборудованы комнаты для подобных деловых встреч. В это время Алексееву приходилось развлекать торгпредшу. Вопреки опасениям Дмитрия, Роджер не проявлял особой настойчивости,находился рядом, вел светские беседы. Рассказал, что у коней здесь условия получше чем у некоторых дипломатов. Кондиционеры в конюшнях, семидесятиметровый бассейн… И это неудивительно, если эти кони приносят победу в скачках, а призовой фонд составляет более миллиона евро. — Местные помешаны на лошадях. Шейхи первоклассные наездники, — рассказывал Роджер, подавшись к Алексееву, перекрывая шум стадиона. — Конных заводов у них и здесь хватает, но они разводят лошадей и в своих европейских владениях — в Германии и во Франции. А вот любопытно, в Иране тоже увлекаются конным спортом? — Почему вы спрашиваете? — как можно беспечнее спросил Алексеев. — Кто-то говорил мне, что вы прекрасно говорите на фарси. Вот я и подумал — вы ведь наверняка бывали в Иране. Мне, как вы понимаете, туда дорога заказана. — Любопытно, кто вам мог это сказать? — Не помню, — отмахнулся Томсон. — Такая закрытая страна. Может, все же однажды удастся там побывать. Так все-таки, вы ездили в Иран? Алексеев успел обдумать ответ: — Так ведь и в Афганистане фарси, только там он называется дари, и в Таджикистане. Вот там я бывал. Досада едва ли отразилась на лице Роджера. Он умел скрывать эмоции. — Удивительно, что человека со знанием фарси отправили в Эмираты, — зашел он с другой стороны. — Я и арабским владею, — обезоруживающе улыбнулся Алексеев. — Вот вы тоже арабист, ваш арабский очень хорош. — Дмитрий слышал, как Томсон разговаривал с бизнесменами, когда знакомил их с русским торгпредом. — Почему же вы так хотите посетить Иран? |