Книга Цепная реакция, страница 146 – Дмитрий Поляков-Катин

Седой администратор в полосатой бабочке под бархатным пиджаком перелистывал банковские документы, по старинке используя деревянные счеты. Чуешев огляделся и подошел к нему.

—Прошу вас, пожалуйста, позовите сюда фрау Звягинцеву, — попросил он.

Администратор, не глядя на него, ответил:

—А ее нет. Она уехала.

—Как уехала?

—Уехала по делам.

—Но ведь она должна была уехать в час! — почти крикнул Сергей.

Администратор снял очки и задержал на нем внимательный взгляд.

—Да, молодой человек, но она уехала на пятнадцать минут раньше. Раньше, понимаете? Ничего удивительного.

—А куда? — осевшим голосом спросил он.

—Этого я не могу сказать. Что прикажете ей сообщить?

Чуешев не ответил, он был слишком подавлен. Тогда администратор вновь нацепил очки, встряхнул бумаги, чтобы продолжить свое занятие, и сухо произнес:

—Все, что я знаю, молодой человек, это то, что сейчас онаедет в сторону Бадена.

Они догнали его на Калькбрайтештрассе, сразу за трамвайным депо «Калькбрайте». Желтый «саурер» с почтовым рожком на бампере мчался по параллельной Баденерштрассе, оставляя за собой шлейф грязного дыма из-за дрянного топлива на цюрихских заправках. Внезапно сквозь пелену серых облаков пробилось солнце, отчего автобус вспыхнул канареечным светом.

«Фиат» Хартмана, форсированно рыча, медленно сокращал разрыв между собой и «саурером». Хартман вдавил в пол педаль газа. «Еще немного», — сказал он. Чуешев смотрел прямо перед собой и молчал. Движение на Баденерштрассе уплотнилось. Автобус немного сбавил скорость. И тогда их «фиат» поравнялся с ним.

Чуешев увидел ее сразу. Элен сидела в середине автобуса возле окна. На ней был темно-зеленый берет. Она смотрела вниз, на колени, возможно, читала. Прямо перед ней замер плечистый тип в плаще и сдвинутом на нос кожаном кепи, открывающем широкий бритый затылок. Сзади ссутулился другой, примерно такой же комплекции, только в модной шляпе-трилби, он курил, зажав сигарету в кулаке, флегматично пуская через нижнюю губу дым в потолок.

Хартман гнал машину по узкой Калькбрайтештрассе вровень с автобусом, то и дело огибая едущих по обочине велосипедистов. Чуешев прижался виском к стеклу и молча смотрел на Элен. Непослушная прядь выбилась из-под берета, девушка поправила ее и, жмурясь на бьющие в глаза солнечные лучи, рассеянно поглядела в окно. Она не сразу обратила внимание на несущийся по параллельной улице «фиат». Но вот ее взгляд зацепился за автомобиль, вот коснулся сидящего в нем человека — и лицо Элен озарилось радостным удивлением. Он ответил слабой улыбкой. Элен выразительно посмотрела в затылок сидящему перед ней мужчине, предупредив, что вынуждена соблюдать осторожность. Чуешев понимающе кивнул. Он глядел на нее, не отрываясь ни на секунду, словно боялся, что она исчезнет, стоит ему отвлечься хотя бы на миг. Врывавшийся в приспущенное окно ветер трепал его волосы. На губах Элен играла неуверенная улыбка, будто она стеснялась своих эмоций. Она обернулась, кому-то что-то сказала и вновь повернула к нему свое лицо, светящееся нежностью и надеждой. Она ожидала, что он улыбнется, но он не мог. Просто не мог и всё. «Да, да», — кивнул он, чтобы показать, что он здесь, рядом, что он понимаетее и чувствует.

На пересечении с Людвегерштрассе улица, по которой мчал «фиат», уходила влево.