Книга Калашников, страница 89 – Альберто Васкес-Фигероа

Именно Джулиус Канак приучил его вести себя, как вьючные мулы, которые, двигаясь по опасной местности, никогда не поднимают одну ногу, не убедившись, что три другие стоят твёрдо.

Он также научил его всегда выбирать знакомые тропы и не позволять чрезмерным амбициям бросать его в пропасть.

Правила этой игры были жестоки: каждая сделка означала, что сотни людей умрут из-за винтовок и пуль, поставляемых фанатикам и убийцам. Любая ошибка в расчетах могла привести к тому, что одна из этих пуль окажется в его собственном черепе.

Поэтому, когда он вновь отправился на встречу с человеком, который был его единственным хозяином большую часть жизни, он не мог не высказать откровенно свои мысли об умной, но тревожной дочери босса и о новом «клиенте», с которым она решила иметь дело.

– Проблема не в этих отчаявшихся мальчишках, которым всё равно, умрут ли они с голоду или получат пулю во время нападения на корабль, – сказал он. – И не в жестоких Военных Лидерах, которые никогда не покидали Сомали.

– Тогда в ком? – поинтересовалась она.

– В саудовских судовладельцах, которые заплатили два с половиной миллиона долларов за освобождение супертанкера Sirius Star. Когда восемь пиратов возвращались на берег, их лодка затонула, пятеро утонули, троих взяли в плен. У каждого из них, живого или мёртвого, при себе было по сто пятьдесят тысяч долларов. Что тебе это говорит?

– Что почти полтора миллиона долларов куда-то пропали.

– Именно! Те, кто рискуют жизнью, получают лишь крохи, а настоящие «капитаны пиратов» – это хитрые и бессовестные дельцы, которые безнаказанно ведут свой бизнес из Дубая или Лондона.

– Я что-то читала об этом… – спокойно призналась Орхидея Канак. – Но в то же время мы знаем, что испокон веков торговля золотом и наркотиками, а теперь и колтаном, находится в руках таких же бессовестных дельцов из Нью-Йорка, Гонконга или самого Парижа. И это никогда не останавливало моего отца.

– Значит, ты всё-таки решила идти до конца.

– Если только ты не предложишь мне что-то получше… – она ухмыльнулась почти насмешливо. – Я старалась быстро учиться и усвоила одну истину, которую невозможно оспорить: продавать автоматы – всё равно что продавать автомобили. Предложение превышает спрос, и тот, кто упускает шанс реализовать свой товар, просто оставляет его на складе. Если на этот раз рынок в Сомали, значит, мы должны продавать в Сомали, иначе можно уходить из бизнеса.

– Но все взгляды мира сейчас устремлены на Сомали, и тебе стоит помнить, дорогая девочка: когда мы продаём оружие Конни, он использует его для убийства мирных жителей Конго, а когда мы продаём его партизанам и наркоторговцам, они убивают колумбийских солдат или мексиканских полицейских. – Говоря это, итальянец постукивал пальцем по нескольким точкам на столе, словно подчёркивая, что речь идёт о чётко просчитанных, контролируемых ситуациях. – Но это жертвы, если можно так выразиться, без особого веса и без серьёзной способности к ответным мерам… – продолжил он. – А вот сомалийские пираты используют оружие для нападения на нефтяные танкеры, круизные лайнеры и торговые суда с ценными грузами, принадлежащими очень, очень могущественным экономическим группам. А эти ребята уже имеют реальный вес и огромные возможности для ответных действий.