Книга Необратимость, страница 35 – Владимир Моргунов

— Да, вариант не лучший, — тоскливо согласился Грачев. — Но уж больно все в строку ложится — время и место. Свидетель кое-какие цифры регистрационного номера помнит.

— И марку.

— Насчет марки он не совсем уверен.

— Уверен. Логотип Тойоты трудно с каким-либо другим перепутать. Ты вот что, Федор, опроси-ка сотрудников «Сигмы»…

— Так ведь Аверина уже опрашивала их.

— Значит, что-то упустила. Нет у нее той хватки, что у тебя есть.

— Разрешите исполнять? — Грачев вскочил со стула — с видом «лихим и придурковатым».

* * *

Аверина вошла в кабинет Рындина, и Рындин сразу учуял запах дорогих духов — тонкий, едва уловимый запах.

Но раньше она вроде бы духами не пользовалось вообще.

«Для кого это? Но уж точно не для тебя, старый пень! Хотя… К чему был тот поцелуй на площадке перед квартирой? К дождю, идиот!»

— Ксюша, мы знаем о Ермакове все, что только можно. А теперь надо узнать, что нельзя, но обязательно надо знать.

— Да, в общем-то, Евгений Павлович, то, что нельзя знать, но очень надо знать, Валерий уже из интернета узнал — взломал аккаунт Ермакова в соцсетях. И жесткие диски с его компьютера просмотрел.

— И?..

— И нашел несколько интересных сообщений. Вот, смотрите. Вот что пишет mishaerm — это никнейм Ермакова на сайте знакомств — некоему пользователю с ником strongman.

Аверина положила на стол перед Рындиным распечатку.

«Рогоносец ты, а не Сильный Мужик. Я твою бабу в разных позах имел, во все дырки».

— И фото! — Рындин покачал головой. — Что за женщина, не выяснили?

— Конечно, выяснили, — Аверина улыбнулась довольной улыбкой. — Искательница приключений с того же сайта, ник wildcat, Дикая Кошка, значит. Из Приозерска — вот ведь везение! И точный адрес ее мы знаем.

— Ксюша, срочно поговори с ней!

— Без проблем, сейчас же позвоню ей.

* * *

— Шестакова Яна Петровна? — я наблюдала за реакцией этой полноватой миловидной женщины. Круглое лицо, с некоторым избытком косметики, сразу приняло настороженное и даже враждебное выражения.

Коэффициент интеллекта вряд ли выше ста двадцати, переразвитый инстинкт самосохранения, явно повышенное либидо. Гетера, куртизанка по призванию. Хабалка по сути.

Яне Петровне Шестаковой тридцать семь лет, замужем, имеет сына семнадцати лет.

— Да, — голос у Шестаковой низкий. Когда я говорила с ней по телефону, он показался мне чуть выше тембром. — А вы?..

— А я старший лейтенант юстиции Аверина, — я показала ей свое удостоверение.

— И что вам от меня нужно?

— Узнать про ваши взаимоотношения с Михаилом Алексеевичем Ермаковым.

Лицо Шестаковой сразу сделалось пунцовым. Она быстро оглянулась по сторонам.

Мы стояли с ней в вестибюле школы, где Шестакова преподавала отрокам и отроковицам географию.

— Не было у меня с никаким Ермаковым никаких отношений, — типичная защитная реакция. Ну, и ложь из каждой поры в коже сквозит.

— Были, — я не отрывала взгляда от ее лица. — Давайте-ка отойдем в сторонку.

Ближайшей «сторонкой» могла послужить разве что небольшая ниша у окна.

— Вот, — я показала ей пару фотографий.

Теперь лицо Шестаковой цветом стало напоминать перезревший помидор.

— Это… — забормотала она. — Это у вас откуда?

— Из интернета, естественно. Но меня совершенно не интересует ваш образ жизни. Вот это сообщение Ермаков послал на почту вашего мужа, и ваш муж сообщение с приложенными фотографиями получил. А через два дня Ермаков был убит.