Книга Бывший, собака и прочие ужасы нашего городка, страница 43 – Анна Савина

– А что, думаете, Санька пригласил вас для красного словца?

– Ну, он всё-таки ребёнок, мало ли, времена сейчас такие, что вы вполне могли отменить праздник.

– Нет, всё в силе, если у вас есть желание, то, конечно, приезжайте. Многого не обещаем, пиццу да селёдку под шубой – максимум, ну и какое-то мудрёное вино, которое одобрил свёкр.

– Обожаю селёдку под шубой, но, увы, не пью вина, ни мудрёного, ни какого остального, – рассмеялся Матвей, когда я заглушила машину и вышла на улицу. Где-то над головой пронзительно и тоскливо закричали чайки.

– Лена, ты где? – тут же спросил мужчина. Несколько секунд я раздумывала, а потом поняла, что не вижу ни одной причины скрывать от Матвея наши с Валентином Ивановичем изыскания, и рассказала про странный имейл, и переписку с ним, и чем она закончилась.

– Стойте, – проговорил мужчина в трубку, и яуслышала звук заведённого двигателя. – Я от вас буквально в десяти минутах. Лена, очень прошу, подождите меня, я очень хочу услышать, что скажет этот охранник. Если вы не против, конечно?

– Вы задаёте этот вопрос мне уже второй раз. Я не против, Матвей, приезжайте, жду.

И я действительно дождалась его. Дождалась, когда красная спортивная машина выскочит из переулка, заложит крутой вираж и остановится рядом с моей малолитражкой. Как говорила когда-то моя мама, в такой машине только длинноногих девчонок катать. Впрочем, может, он и катает, какое мне до этого дело? Но неприятное чувство всё же осело льдинкой внутри. По всему выходило, что есть дело. И я пока не знала, как к этому относиться.

Матвей вышел из машины, всё в тех же светлых брюках и льняной рубашке, в которых был в торговом центре. Ну почему же мне так хочется провести рукой по его плечу?

– Спасибо, – с улыбкой проговорил он и добавил: – Идёмте, послушаем этого охранника.

Да, летом школа пустовала. Дети не носились по коридорам, не швырялись рюкзаками, не кричали, не хлопали дверьми, не оставляли тёмные полоски на линолеуме и не смеялись так, что дрожали окна. Я поневоле задумалась, что через год Санька отправится в одну из таких. И, чует мое сердце, разнесет все на своем пути. Сейчас же без учеников двухэтажное здание выглядело даже немного сиротливо, как и пустой холл, как и пустые коридоры. Не пуста была лишь будка охранника, в которой сидел полностью седой мужчина в чёрной форме с нашивками какого-то охранного предприятия.

– Вы Елена Колосова? – спросил он, едва увидев меня, а я кивнула. Тогда он перевёл взгляд на Матвея и вопросительно поднял брови.

– Матвей Самарский, – ответил мужчина, а я удивилась тому, что он не спешил представляться Литовым. – И эта девушка без меня не ходит на свидания к незнакомым мужчинам. – Вроде бы в шутку попенял Матвей, а получилось всерьёз.

– Да, – неожиданно согласился охранник, – времена нынче такие. Я Павел Алексеев, – вряд ли вы меня помните, – добавил он, глядя при этом на моего спутника. А когда тот непонимающе нахмурился, с улыбкой добавил: – Вы думаете, я не узнаю одного из Литовых? Да я у них двадцать лет у них отпахал, пока они меня пинком под зад не выгнали.

– Я… – Матвей даже растерялся.

– Не берите в голову. Вы ведь младший сын? Вы тогда были совсем ребёнком и не несёте ответственности за своих родителей. Так что вы хотели узнать? – Мужчина снова посмотрел на меня.